На крутом вираже

 – Разряд не шуба, не котлы, на руку не наденешь! А в карате я самым крутым из пацанов стал! Потом вообще «закрутел», когда в бои без правил перешел…

– Так ведь за боями без правил пошла и жизнь без правил, – заметил Гуров. – И эта жизнь привела тебя сюда, в тюрьму. На тебе висят четыре убийства, и ты сам понимаешь, что это, в общем, конец. Приговор будет очень суровый…

– Какие четыре убийства?! – возмутился арестованный. – Откуда вы четвертое взяли? Вы чего, решили на меня всех «жмуриков» нераскрытых повесить, какие в этом городе нашлись?

– Ничего мы на тебя вешать не собираемся, – заверил его Крячко. – Зачем приписывать тебе чужие «заслуги»? А счет убитым простой. Первым был министр Приходько, правильно? Вторым – Денис Котов, которого ты убил на стройплощадке. Третьим – Андрей Галустян. И последним, четвертым, – Максим Крупнов. Это убийство было особенно дерзким – прямо в здании областной администрации…

– Чего ты лепишь?! – воскликнул киллер. – Чего лепишь? Какой еще Максим? Никакого Максима я не знаю и в глаза его не видел!

Сыщики переглянулись. Это была крайне важная информация! Ради нее стоило сидеть несколько часов, изучая данные Николая Козлова.

– Хочешь сказать, что ты не проникал в здание администрации, не подстерегал Крупнова в туалете? Что это не ты его повесил? – спросил Гуров.

– Я вам русским языком говорю: ничего про этого Крупнова я не знаю! Первый раз слышу! – зло бросил киллер.

– Зато он тебя знает, – заметил Крячко. – Ведь это он видел, как ты вел слежку за Денисом Котовым. И он смог тебя подробно описать. Так что у тебя были личные причины желать его устранения.

– Может, причины и были, только я его не устранял, – повторил Козлов.

– Выходит, это сделал заказчик, – заключил Гуров. – Выполнил работу, для которой нанял тебя. Слышишь, Николай, твою работу кто-то делал. И сделал, надо сказать, умело. Сильный, видать, мужчина. Что скажешь?

– Ничего не скажу, – ответил киллер.

Первое потрясение, которое на него произвели слова сыщиков, так глубоко проникших в его биографию, прошло. И теперь Николай Козлов снова спрятался в свою скорлупу. Гуров понимал, что происходит. И, пока задержанный окончательно не замолчал, хотел получить от него хоть какие-то сведения.

– Можешь, конечно, и не говорить, – сказал он. – Только учти, если мы не найдем заказчика, это четвертое убийство тоже будет висеть на тебе. В твоих интересах прояснить эту загадочную фигуру. Кто этот человек? Как он на тебя вышел в Ростове?

– На дурачка меня хотите взять? – В первый раз за все время их общения Козлов усмехнулся – зло, презрительно. – Испугать хотите? Да какая мне разница: три на мне «жмурика» или четыре? Ладно, пусть и четвертый мой будет.