На краю

Для которого из костюмов?

Я знала, что не должна отвечать, но не устояла.

— Светло-серый «Том Форд»…

Блейн медленно кивнул.

— Я был в нём в тот вечер, когда впервые поцеловал тебя.

Как будто я нуждалась в напоминании.

— Да, я назвала этот костюм.

Он вскинул бровь.

— И как?

Я помедлила, но всё же ответила:

— «Притяжение». — Так и было. В тот момент я чувствовала к нему невероятное притяжение.

Блейн медленно отпил вино, не отрывая от меня глаз.

— Скажи мне кое-что, — наконец произнёс он.

Мои брови взлетели вверх в молчаливом вопросе.

— В ту ночь, когда Шейла была убита. Я остался с тобой, потому что тебе снились кошмары, помнишь?

Я кивнула. Об этом невозможно было забыть. Не только из-за убийства, но и из-за неожиданного появления Блейна.

Он прислонился бедром к стойке.

— На следующее утро, когда мы проснулись…

Мой пульс ускорился, потому что события тех дней были словно выжжены в памяти. Глаза Блейна подёрнулись тревожным штормовым оттенком, и я не смогла отвести взгляда.

— Я обнимал тебя, — продолжил он, понизив голос, — касался тебя… И хотя ты не поощряла меня, но и не сказала «нет». Я часто думал потом, почему? Потому что ты боялась меня? Считала, что должна как своему боссу? Или всё же потому, что не хотела… чтобы я останавливался?

От нахлынувших воспоминаний моё сердце болезненно сжалось."

"— Мне всегда было интересно, — улыбнулся Блейн, слегка пожав плечами. — Может быть, сейчас ты утолишь моё любопытство?

Сглотнув, я призналась:

— Да, я боялась тебя немного, это правда. Но в основном… я не хотела, чтобы ты останавливался.

Повисла осязаемая тишина, и мы замерли, глядя друг другу в глаза. Приблизившись, Блейн опустил взгляд к моим внезапно пересохшим губам, но зазвеневший таймер разбил окутавшее нас наваждение. Резко отпрянув назад, я отвела глаза в сторону.

Да, Блейн до сих пор опасен для моего душевного покоя. Слишком легко поддаться привычному влечению. Легко сдаться в плен его обаянию. Притяжение между нами не исчезло и достаточно чиркнуть спичкой, чтобы пламя вновь разгорелось.

Но я не могла.

Кейд сделал всё, чтобы я не хотела быть с другим. Мысли о нём лишали меня воли, отравляя, но я не хотела принимать противоядие.

Во время ужина я почти не говорила. Блейн хорошо готовил, и я не заметила, как съела две порции спагетти с овощным соусом. Убрав со стола тарелки, я собиралась вымыть посуду, но Блейн настоял на том, чтобы сделать всё самому.

После ужина я поймала себя на мысли, что хочу принять ванну. Поколебавшись, я спросила Блейна, можно ли воспользоваться ванной в его спальне, потому что она была больше, чем в моей комнате.

В ответ Блейн почти отчитал меня.

— Тебе не нужно спрашивать. Всё что есть у меня принадлежит и тебе тоже.

От непередаваемых эмоций к моему горлу подступил ком.