На краю

Гадая, что он задумал, я выполнила указание, и Кейд, приподняв короткую юбку ещё сильнее, пристегнул к моему бедру тонкие ножны. Уловив запах его одеколона, я жадно вдохнула.

— Нож небольшой, но острый, — произнёс он, затягивая ремешок. — Ты можешь причинить им серьёзный вред.

Я старалась сосредоточиться на его словах, а не на прикосновениях. Мой взгляд невольно опустился к его губам, что, вероятно, выдало мои мысли, потому что Кейд неожиданно спросил:

— Ты вообще меня слушаешь?

Я быстро кивнула:

— Конечно. Нож маленький, но острый. Поняла.

Его губы насмешливо дрогнули.

— Почему-то мне кажется, что твоя голова сейчас занята чем-то… другим. — Его пальцы скользнули вверх по бедру и задержались между моих ног.

Втянув дыхание, я впилась ногтями в его бицепс, а Кейд, склонившись, прижался губами к моему уху.

— Выглядишь так, будто хочешь секса, — прошептал он, заставив моё сердце заколотиться. Кейд отодвинул кружевную полоску в сторону, и я проглотила стон, когда его палец проник в меня.

— Такая влажная, — пробормотал он у моей шеи. — Скажи, что ты такая только для меня.

Но я не могла говорить. Всё внимание было сосредоточено на медленном движении его руки.

— Скажи мне, — повторил он, останавливаясь. — Скажи, что хочешь только меня.

— Только тебя, — умудрилась повторить я, сгорая от неутолённого желания. — Я хочу только тебя.

— Скажи, что ты моя, — прорычал он мне на ухо, обжигая горячим дыханием. Его палец снова проник в меня, и я вцепилась в его плечи, нуждаясь в опоре.

Приоткрыв глаза, я увидела, что он сосредоточенно наблюдал за мной. Синие глаза горели.

— Твоя, — выдохнула я. — Только твоя.

Я говорила то, что он велел, но ощущала себя свободной. Странное ошеломляющее чувство.

Мои слова, казалось, произвели на него не меньшее впечатление, потому что Кейд прижал меня к стене и, задрав платье до талии, погрузился в моё изнывающее тело одним сильным толчком. Цепляясь за его плечи, я двигалась навстречу резким быстрым движениям, уносившим за пределы разумного. Его рот накрывал мой, заглушая стоны, и вскоре я разлетелась — рассыпалась на осколки, содрогаясь от спазмов.

Когда буря утихла, я безвольно повисла на его плечах, а Кейд поцеловал мою шею. Обвивая дрожащими ногами его поясницу, я неохотно соскользнула на пол и одёрнула платье.

— Дай мне минуту, — прошептала я, отступая.

Он прильнул к моим губам неожиданно долгим поцелуем, заставляя пожалеть о том, что нам нужно уходить.

Закрывшись в ванной, я привела себя в порядок. Мои глаза блестели, а щёки горели румянцем, но я ничуть не жалела о случившемся. Мне хотелось петь от счастья. Когда я обновляла помаду, с губ не сходила улыбка.