На краю неба

Я перезвоню.

— Катя!

— Я перезвоню через минуту. Подожди.

Чего ждать?! Внутри у Крапивина все кипело. Он схватил свой наполовину полный бокал, чтобы глотнуть вина, но остановился. Вернул его на столик.

Агате сразу не понравился этот жест, она разозлилась. Если Дима отказывается пить, значит он собирается уезжать. А планировал остаться на ночь.

— Я не понимаю, почему ты позволяешь ей разговаривать с тобой в таком тоне. И со мной.

— Хочешь это обсудить? Прямо сейчас? — резко спросил он.

Агата поёжилась, она не любила, когда Дима злился. Привыкла видеть его спокойным и уравновешенным, а эта малолетка всегда выводила его из себя.

— Ну, я так понимаю, что сейчас тебе очень некогда, — не сумев сдержаться, чуть-чуть съязвила.

— Почему же? Давай поговорим, нам очевидно хватит и пары минут, чтобы все решить, — с холодной улыбкой сказал Крапивин и ответил на Катин звонок. Коротко и на этот раз мирно переговорив с ней, он сдернул со спинки стула свой светлый пиджак и вновь повернулся к Агате: — Я слушаю. Если тебе есть, что сказать, и тебя что-то не устраивает, мы можем все прекратить. Зачем мучить друг друга, когда столько проблем, правда же?

— Нет, Дима, — пошла она на попятную, так не решившись высказывать вслух свои многочисленные претензии, — какие у нас с тобой проблемы? У нас с тобой все хорошо. Все просто прекрасно. Позвони мне, как… как освободишься, — выдавила из себя натянутую улыбку.

— Позвоню обязательно, — пообещал он у двери. — А ты ложись отдыхай, у тебя сегодня был трудный день.

***

Час у Крапивина ушел, чтобы добраться до «взлетки» — заброшенной взлетной полосы старого аэропорта, где теперь собирались желающие погонять на спортивных машинах. Головорезы, которых красиво называли «стритрейсерами».

Ты смотри на нее, какая предусмотрительная! А он думал, чего это Катька свое местонахождение так быстро и спокойно сдала. Где ж ее найдешь в такой толпе народа. Триста машин собралось, не меньше. И звонить бесполезно. Пробовал, Катя трубку не берет.

Громко играла музыка, полуголые девки танцевали гоу-гоу, старательно заводя публику. Организаторы готовили первую пару машин к заезду.

С минуту Крапивин стоял, беспокойно и напряженно бегая взглядом по головам улюлюкающих людей.

«Хорошо. Не видишь меня, значит. Сейчас прозреешь».

Катерина пробиралась к Крапивину сквозь толчею, когда увидела, что он разговаривает по телефону. Она его белую спортивную «БМВ» сразу заприметила. Да и не она одна.

«Черт тебя раздери, Крапивин! Что ты такой стремительный!»

— Кому ты звонишь? — спросила, застав его на последней фразе.

— Ага, давай. Спасибо, — попрощался он с кем-то и сунул сотовый в карман пиджака. — О, Катрин! Ты ли это?

— Дима, кому ты звонил?

— Садись в машину.