На конкурс красавиц требуется чудовище

Дела, который веселят всю Академию, а я не вижу. Эх. Вздохнув, я как-то не слишком удачно шевельнулась, и моя туфелька соскользнула!

Но я успела подхватить ее петлей левитации. За самый-самый краешек ремешка, только бы он не оторвался, о Великие Боги, только бы…

— Знаем мы ваши «дела», — ректор похлопал по папке, — это будет передано во дворец. Чтобы вы не стали для них слишком невыносимым сюрпризом. Мы не можем…

Он оторвался. Я с ужасом наблюдала за тем, как моя несчастная, поношенная туфелька летит прямо в ректорский лоб! За мгновение до непоправимого обувка была уничтожена метким заклятьем миледи проректора.

А в следующее мгновение петля левитации, сколдованная сердитой миледи, обхватила наши с Гамильтоном тела. Проректор не церемонилась и распахнула двери прямо нами!

Спасибо, Гамильтон успел сколдовать малый щит и я ушибла только плечо.

— Ты утром сказала, — вспомнил вдруг мой компаньон, — что не станешь прыгать для профессоров, даже если тебе предложат золото.

— И к чему ты это? — нахмурилась я.

Гамильтон ухмыльнулся во всю пасть и, встав на задние лапы, левой передней указал на не слишком чистый пол:

— У тебя только одна туфля. Скачи, дорогая, скачи.

— Ты мог бы меня отнести, — я с прищуром посмотрела на пса, — ты можешь увеличиваться в размерах!

— В случае смертельной опасности, — отрезал Гамильтон. — От песка и слюны ты умереть не можешь.

— Слюны?!

— Вон там, слева, кто-то плюнул, — любезно указал мой компаньон.

Сцепив зубы я решительно попрыгала вперед. Вместе со мной подпрыгивало все! Волосы, некоторые части тела, многочисленные склянки в скрытых карманах и портальные артефакты. Последние надо бы отнести заказчикам.

У меня есть мечта — купить свой дом. В замок отца мне возврата нет — с тех пор как мой родной, мой любимый, мой самый лучший на свете отец пог…"

"Упав в воспоминания, я едва не сбила с ног таинственного незнакомца. Почему так пафосно? Потому что этот высоченный мужчина был укрыт слоем маскировочных заклятий (об этом сказал браслет на моей левой руке) и, будто этого мало, его лицо пряталось в тени глубоко капюшона. И тень эта была самая что ни на есть магическая!

— Студенты нынче играют в интересные игры, — мягко произнес он.

— О, нет-нет, миледи проректор просто уничтожила одну мою туфлю, — я поболтала в воздухе босой ступней. — Вот и прыгаю.

— Уничтожила? — заторможенно переспросил мужчина.

— Ну да, — я легко пожала плечами. — Вам помочь?

— Нет, — он вытащил из кармана тонкий батистовый платок и порвал его надвое.

А через секунду эти обрывки превратились в прекрасные туфли!

— Это мне? — ахнула я и тут же переобулась, — спасибо! Я побегу быстро-быстро!

— Зачем? — удивился мужчина.

— Чтобы не развеялись до общежития.