На конкурс красавиц требуется чудовище

— Правитель здесь, а мы сидим, в носу ковыряем. Дальше-то что?

— Ну, не все здесь в носу ковыряют, — Марон взмахнул тонкой пилкой для ногтей, — кто-то другое место гигиенит.

Быть ему битым подушками, но дверь распахнулась без единого стука и в проеме появилась сестра Мирта.

— Вас, кажется, подглядывать поставили, — недоуменно произнесла я, и бросила маленькую, но увесистую думочку на ковер.

— Не очень-то вас и жалуют, — будто не слыша моих слов, произнесла Божья Сестра. — Гостиная, спальня…

— Хр-р-хр уау, — протяжно отозвался сладко спящий Гамильтон.

— И две комнаты для сопровождающих, — продолжила запнувшаяся на мгновение сестра. — Как вы живете в таких условиях?

— Прекрасно живу, — я пожала плечами, — или вы ждете, что дочь барона и дочь герцога поселят в одинаковые комнаты?

— Но ведь на Отборе все равны? — она прищурилась, я разозлилась:

— Это очень, очень дешевая провокация. Дверь — там.

— Вы не хотите доказать все, что можете быть чем-то большим, чем просто…

Она развела руками, показывая, что ее словарный запас нищ и невыразителен.

— Странные, немного жестокие люди, — это я говорила о миледи проректоре и ректоре, — резонно заметили, что мне не нужно позориться. Достаточно быть собой.

— То есть, вы по жизни посмеш…

Она икнула, глядя на острие клинка, что сейчас холодило кончик ее носа.

— Хотите, я срежу вам нос и вы сможете убрать его в кошель. Убрать и никогда не доставать, чтобы не возникало искушения сунуть его куда не следует, — процедила я.

— Значит, сотрудничать вы не хотите, — она подозрительно быстро взяла себя в руки и, отступив на шаг, криво улыбнулась, — хорошо.

Круто развернувшись, она направилась было к выходу и я, честно говоря, предвкушала зрелище — Тине лучше всех удавалось сдвигать реальную дверь и рисовать на ее месте иллюзию…"

"— Посмешище, — процедила сестра Мирта и взмахом руки вернула все, как было.

— Зачем тебе все это? — крикнула я ей в спину.

Но в ответ получила только скупой непристойный жест. Что было очень некрасиво со стороны той, кого величают Божьей Сестрой! Впрочем, некоторые представители нашего пантеона еще и не то своей пастве показывают… Но нас, просвещенных и приличных, это не касается. За экзотикой — на остров Цветов.

— Знаешь, мне кажется, мы ее еще вспомним, — задумчиво произнес Марон и спрятал пилку куда-то в рукав.

— Я в любом случае не могу дать ей то, что она хочет.

— Ты — леди, — пожала плечами Тина, — могла бы присоединится к этой гонке.

— Я — леди, — согласилась я и безжалостно уточнила, — окраинная. Могу сварить походный кулеш и выбрать червей из проклятой раны. Могу обустроить лагерь и стреножить лошадей. Или выхватить отцовский клинок и повести отряд в бой. Но… Вот это вот все — не мое. У всех свое место, знаешь ли.