На конкурс красавиц требуется чудовище

Оторвав грамрлу голову, мой компаньон коротко произнес:

— Я забросил Тину в свой мир. Тварей больше четырех десятков, прут из подвала. Еще с пяток в парке. Я чувствую пение проклятой стали.

— Кто-то режет проходы в мертвый мир?! — вскрикнул Марон.

— И не в абы какой, — выдохнула я. — Грамрлы сидят у себя, по другим мертвым мирам не шатаются.

Посмотрев на Кристофа, я прикрыла рот ладонью. Он был занят — призвав переговорную сферу, отдавал короткие, емкие приказы. Затем, закончив, он перевел взгляд на нас. И я, показав рукой на пролом в стене, неловко улыбнулась:

— Боюсь, что забаррикадироваться мы не можем.

— Сохраните свою жизнь, Вильгельмина. Я допустил гибель одной из крылатых невест, — он посмотрел на кокон, висящий под потолком, — я не смогу принять вашу смерть.

— Хах, — выдал мой компаньон, — в паре мы непобедимы. Только, насколько я помню, мы не можем сражаться? Эти ваши традиции…

Кристоф серьезно ответи:

— Теперь можете, но…

— Эйра! — ахнула я. — Она на крыше! Или где-то в парке…

Куда могло понести волчицу, жаждущую танцевать в лунном свете?!

— Я даю слово, что найдя Эйру, избавлю вас от своего присутствия, — честно сказала я. — Отбор никогда не был в сфере моих интересов, но я всецело доверяю Гамильтону. Если он сказал нельзя — значит нельзя!

— А когда я сказал нельзя — вы начали спорить, — губы Кристофа тронула слабая улыбка.

— Вы не он, — честно сказала я.

И ахнула, когда моих губ коснулись губы Правителя.

— На удачу, она мне пригодится, — выдохнул он, обжигая мою кожу дыханием.

— А. Да. Пожалуйста, — нормальные предложения не получались и в итоге я сказала то, что сказала. И сама смутилась от нелепости слов.

Но Кристоф уже ушел, и мы с Гамильтоном и Мароном остались одни.

— Так, две минуты, — сквозь пролом в стене я вошла в наши покои.

И, убрав клинок в Безвременье, призвала его вновь. Но теперь уже вместе со всем тем хламом, что копился там последние несколько лет.

Очки, ожидаемо, нашлись в самом-самом низу. Но, зато, Марон мог не бояться взгляда грамрлов. Ведь, как я и предполагала, очки Правителя он сунул в нагрудный карман и бережно прикрыл ладонью. Пользоваться ими он явно не станет. Я же вновь смежила веки и напитала их своей ядовитой силой.

— Милтон вернулся, — буркнул вдруг Гамильтон.

— А? — я повернулась к нему и поморщилась от сияния портала иного мира.

— Доброй ночи, — зевнул маленький бассет, — я бы хотел выразить…

— Нападение грамрлов, надо найти хозяйку вот этого волоса, — прервал его Гамильтон.

— Гнусные твари, — оскалился Милтон. — За мной!

Тут-то и выяснилось, что молодой бассет совершенно не различим на фоне напитанного магией дворца. И я, на свой страх и риск, открыла глаза.

— Гнусные твари — это он про нас? — осторожно спросил Марон.