Снег на кедрах

Когда он упал, что-то у него в копчике хрустнуло, да так, что лицо Дока исказила гримаса боли и он свернулся на снегу в позе эмбриона. Немного погодя Док сумел встать и добраться до дома, где, с трудом говоря от боли, сказал жене, что ушибся. Жена уложила его на кровать с грелкой, он принял две таблетки аспирина и заснул.

Двое подростков затеяли в доках гавани Порт-Джефферсон соревнование по метанию снежков. Сначала надо было попасть в причальную бочку, затем в сваю следующих доков. Скотт, сын Дэна Дэниелса, разбежался, делая три огромных шага, метнул снежок и сорвался следом, головой вниз в соленую воду. Не прошло и пяти секунд, как он выбрался; от его одежды поднимался пар. Пока он бежал домой, волосы на голове смерзлись в сосульки.

Жители Сан-Пьедро совершили набег на лавку Петерсена, сметая с полок все консервы. Они нанесли в помещение столько снега, что одному из посыльных, Эрлу Кэмпу, пришлось весь день орудовать шваброй и тряпкой, убирая за ними. Эйнар Петерсен снял с полки ящик с солью и посыпал у входа, но двое покупателей все равно поскользнулись. Эйнар решил угостить их бесплатным кофе и попросил одну из помощниц на кассе, Джессику Портер, веселую девушку двадцати двух лет, принести на складной столик чашки с кофе.

В хозяйственном магазине Фиска жители Сан-Пьедро запасались снегоуборочными лопатами, свечами, керосином, спичками, рабочими перчатками и батарейками для фонариков. К трем часам дня братья Торгерсоны распродали весь запас цепей на автомобильные колеса, а также почти весь запас антифриза и скребков для очистки наледи. Том вытаскивал съехавшие на обочину машины эвакуатором, который совсем недавно покрасил; Дэйв продавал бензин, батарейки, моторное масло и советовал покупателям ехать домой, да там и оставаться. Десятки островитян заворачивали к Дэйву и слушали его, пока он закачивал в баллоны газ или устанавливал цепи, строя мрачные предсказания относительно погоды.

– Три дня продлится, не меньше, – предупреждал он. – Так что готовьтесь.

К трем часам ветви кедров уже обвисали от осевшего на них снега; когда дул ветер, снег, завихряясь, падал на землю. Клубничные поля на Сан-Пьедро превратились в девственно-белое полотно без малейшего следа, как песок в пустыне. Голоса живых существ были не просто приглушены, а вообще перестали звучать – замолчали даже чайки. Слышно было лишь завывание ветра да шум волн, разбивающихся о берег и стекающих обратно в море.

На всем Сан-Пьедро лежал отпечаток суровости и напряженного ожидания. Разразился декабрьский буран, и никто не знал, чего от него ожидать. Дома может занести так, что останутся только покатые крыши пляжных домиков да верхние этажи городских зданий. Сильный ветер может оборвать электрические провода и оставить всех без света.