Топор любви, или блондинка на велике

После первых приветствий, Дима помыл руки и совсем неделикатно поинтересовался:

- Зачем ты приехала мама?

Дина Альбертовна мгновенно поменялась в лице и тонкие, четко прорисованные брови сурово сдвинулись на переносице, образуя отвратительную морщину.

- Мать раз в год приехала к нему в гости, а он - «зачем та приехала?» Не стыдно тебе? А? Разве так мать родную встречают?

Физиономия гамадрила враз сделалась до невозможного виноватой. Он, словно школьник, потурил взгляд и забормотал:

- Прости, мама. Я, просто, не ожидал, что ты приедешь.

- Да, я так и поняла, - маман скосила злобный взгляд в мою сторону и щедро улыбнулась сыночке. - И все же ты похудел. Уши одни остались!

Я посмотрела на шарик в том месте, где у Димы по определению должны быть кубики и бросила ироничный взгляд на гамадрила.

- Но ничего! - на полном серьезе заявила Дина Альбертовна, - Я приехала надолго и займусь твоим усиленным питанием, Митечка.

Несчастный Митечка округлил глаза и тихо прошелестел:

- Мам, ты же не любишь готовить...

- Я?! Кто тебе сказал такую глупость! - с жаром воскликнула она.

Но Бобров так быстро не сдался. Протоптался по кухне и плюхнулся рядом со мной.

Я кивнула и на мгновение прикрыла от удовольствия глаза, когда он нежно, прямо на глазах своей матери, мимолетно мазнул губами по моим.

- Вижу - вы уже неплохо поладили с Викой.

Дина Альбертовна сделал вид, что не услышала его последней фразы и шустренько принялась накладывать на блюдечко свой торт.

- На, вот, покушай. Специально для тебя пекла.

Она сам пекла этот несчастный наполеон? Серьёзно? Теперь понятно, почему Дима такого невысокого мнения о маминых харчах.

Гамадрил с сомнением покосился на предложенный ему кусок, поднял глаза на мать, улыбка которой больше походила на плотоядный оскал, вздохнул и...потянулся за вилкой.

- Мама, - откусил он торт, чуть пожевал и мужественно его проглотил, - А как же Гоша? Он не будет скучать?

Дина Альбертовна моментально переменилась в лице. Уголки губ опустились, двойной подбородок задрожал, грудь волнительно всколыхнулась, грозясь опрокинуть мощной волной посуду, и маман страдальчески простонала:

- Мы с Гошей расстались.

- Как? - теперь пришла очередь Димы колыхаться, вот только от крайней степени удивления, - Вы же столько лет вместе? Он же у тебя по струнке ходил? Сама выгнала?

- Нет, - со слезами на глазах ответила несчастная женщина, - Молодоху себе нашел, кобель безрогий. Я ему отдала свои лучшие годы жизни - последние пять лет, а он трусы собрал и к бабе какой-то ускакал блондинистой.

И при этом она так посмотрела на меня, словно я и есть это блондинистая баба. Так и подмывало оправдаться: «Это не я.