Топор любви, или блондинка на велике

Не быстрые, но не менее действенные. Долго ли сельхозника обанкротить и имущество с молотка выкупить?

В моем случае до банкротства далеко, но сам факт нездорового интереса напрягает. Нутром чую, что не к добру все это.

Такие вот тяжелые мысли все выходное утро кружили в голове, когда я, по старой привычке выйдя на крыльцо дома пил свое утреннее кофе и наслаждался видом того, как Вика к верху попой опять что-то копает в своем огороде.

И так она это завлекательно делала, что все мое мужское начало буквально устремилось к ней, и если бы не огромная вероятность получить по этому самому началу, то я бы уже топтался там, на огороде, добиваясь ее расположения.

Рядом тихо заскулил, привязанный на цепь Туз, и я недовольно посмотрел на него:

- А вот нехрен по соседским участкам лазить и жратву выклянчивать. Ты сторожевой пес или поросенок?

Туз тоскливо покосился на свою миску, в которой лежал специальный сбалансированный корм для собак его породы и тихонько завыл. И клянусь, это точно было вытье по Викиным блинчикам, а иначе как бы Туза так быстро разнесло?

Смотрел я смотрел, на то, как соседка вертит своими аппетитными бедрами в узких спортивных штанишках и решился. Пошел в свой сад, что бурьяном зарос и, надрав, так обычных полевых васильков, отправился на улицу. Уж, сильно блондинка бесится, когда к ней со спины подкрадываешься. Уж, лучше я официально постучусь в калитку.

Не успел пройти и пары шагов от своего забора, как заметил, что возле Викиного дома притормозила белая ауди с блатными номерами. Водительская дверь распахнулась, и оттуда выбрался высокий, худой мужик в спортивном костюме. Он остановился, достал из кармана телефон, что-то потыкал там, и буквально через двадцать секунд на улицу выскочила радостная Вика.

- Лешик! - как ненормальная заверещала она и кинулась мужику в объятия.

Он, разумеется, не дурак, прижал ее к себе и склонился явно для поцелуя.

У меня из рук посыпались цветочки.

Это еще что за, мать твою за ногу, хрен моржовый нарисовался?!

Если бы кто-то еще пару месяцев назад сказал, я пойду на ферму дояркой работать, то покрутила бы пальцем у виска и посоветовала этому человеку срочно обследоваться у психиатра.

Вот, ведь судьба -то какая!

Раньше и подумать не могла, что буду рада это тяжелой грязной и вонючей во всех отношениях работе.

Нет. Особых восторгов я не испытывала. Животных я, конечно, люблю, но не до такой степени, чтобы радоваться кучам навоза, который приходится выгребать из-под Бобровских Буренок.

Когда заведующая фермой невысокая коренастая женщина лет шестидесяти сообщила, что берет меня в доярки, потому что у меня руки оттуда откуда надо растут, я представила себе, как иду в белом чистеньком халатике, накрахмаленной косыночке по коровнику, где пахнет свежим сеном и молоком.