Замуж за варвара, или Монашка на выданье

Нашел нас! Спаситель, герой, такой краси-и-ивый.

– Дарна, – прокашлявшись, заговорил Эд. – Этот пес…

– Гр-р-р, – вновь зарычала собака.

– Ты ему не нравишься, – бросила я через плечо, поглаживая лохматую голову. – Откуда только взялось такое умное животное? Всю жизнь мечтала о собаке, представляете? И вот…

– Угу, – Эд прошел к дивану и улегся, прикрывая глаза. – Оставь его себе, раз мечтала. Малыш теперь твой. Навеки.

Фрида хихикнула. Тирэн недовольно поджал губы и потянулся к кувшину с водой.

– Правда? – обрадовалась я. – Честно-честно? А Хакарк разрешит его оставить?

Тирэн фыркнул в кружку, подавился и облил свою одежду. Все еще кашляя, он отошел к двери и уселся на маленький пуфик, поглядывая на выход.

– Честно. И нет, против он не будет, – заговорил Эд. На его лице сияла странная улыбка. – Даже обрадуется. Но сейчас лучше расскажи, как вы сюда попали. И что это за место?

Тут я, признаться, смутилась.

– Место как место, – буркнула, прижимаясь щекой к мощной спине притихшего пса. – Другого не нашли.

– Я скажу, а ты пообещай не рассказывать Хакарку.

Фрида села на подоконник и перекинула ноги в сторону улицы. При этом я успела заметить выражение ее лица. Оно выражало жалость. Она словно сочувствовала мне. Рабыня сочувствовала мне!

– Да что происходит? – вспылила я, поднимаясь. – Почему вы ведете себя так, словно вот-вот случится нечто ужасное?

Повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь громким дыханием моего новоприобретенного пса.

Тирэн в ответ на мой взволнованный взгляд поморщился, прошептал «Прости» и, открыв дверь, громко добавил:

– Пойду на базар, прикуплю одежду для Фриды. А то нам и выбраться отсюда не в чем.

Та повернулась и согласно закивала, жестами показывая мальчишке, что будет ждать его снаружи. После чего спрыгнула и, судя по звуку, ушла.

– Так что за место? – снова спросил Эд.

– Дом терпимости, – ответила я, скрестив руки на груди. – Мужской. И что теперь?

Пару раз моргнув, Эд спешно поднялся с дивана и, пробурчав: «Не так уж я и устал», махнул рукой Тирэну:

– Подожди, парень, вместе сходим. Давно я на базаре не был.

Я осталась наедине с собакой. Глянув на Малыша, села рядышком, погладила его по местечку между глаз, ткнула в нос и улыбнулась:

– Странные они, правда? Но ничего, теперь у тебя есть я.

Пес судорожно дернулся и скрипнул зубами. Громко. И очень неправильно. Никогда раньше не видела собак со столь неодобрительным выражением морды.

– Малыш? – позвала я собачку.

Он на миг замер, притих, а затем резко выгнулся и захрипел, при этом не просто меняя окрас, но и вообще теряя шерсть.

Я с визгом вскочила и кинулась к дверям. Несколько раз дернув ручку, с ужасом поняла, что меня заперли. Заперли! И не кто-нибудь, а мои друзья.