Замуж за варвара, или Монашка на выданье

С его висков катились капельки пота, а руки, вытянутые в направлении Хакарка, дрожали от напряжения. – Скорее. Я не удержу его долго. Это не человек, а медведь какой-то…

Рабыня промчалась мимо, обдавая меня запахом мужского пота. Ничего себе морок! Аж в носу защипало…

– Рана глубокая, – проговорила Фрида, упав на колени рядом с принцем.

Тот перевел на нее шальной взгляд и улыбнулся совершенно по-сумасшедшему. Я вздрогнула, понимая, что самая глубокая рана нанесена не телу Раена, а его голове. Похоже, тот слишком верил в свою безопасность и безнаказанность.

– Лечи, – прохрипел Эд, на лбу, висках и шее которого вздулись ярко-синие вены. – Меньше… минуты…

– Подлатаю, остановлю кровь и хватит, – согласно кивнула Фрида, вытворяя руками нечто странное. – У него отличные лекари. Как только спадут щиты, принца поднимут на ноги. Вот так, стяну магической паутиной. Дальше пусть сам… Бежим!

– Тирэн, топор! – падая, успел крикнуть Эд.

Мальчишка послушно выхватил оружие из рук моего супруга и бросился в открывшийся тайный проход. Я метнулась к Эду, но Хакарк успел первым. Подняв брата, он закинул того на плечо и, зацепив второй рукой меня, побежал следом за Тирэном. Фрида замыкала наше стремительное бегство, успев проговорить в щель перед закрытием тайного прохода:

– Только живи, Раен. Не лишай меня удовольствия убить тебя так, как ты того заслуживаешь…

Времени на удивление, выяснение отношений и расспросы у нас не было, за что я мысленно благодарила Двуликую. Казалось, целую вечность мы бежали по длинному каменному мешку, освещаемому лишь светом редких факелов.

Вдруг Фрида вскрикнула и упала на холодный пол, корчась в жутких конвульсиях. Мы остановились. Хакарк поставил меня на ноги, положил рядом Эда и смело двинулся к рабыне, с которой окончательно сошел морок.

– Что с ней? – спросила я едва слышно, дрожа от страха.

– Магический износ, – со знанием дела прошептал Эд, облизывая пересохшие губы. – Она использовала слишком сильное заклинание, чтобы перевоплотиться в мужчину. Видимо, очень боялась, что кто-то во дворце ее узнает. А потом еще дверь за нами закрыла, влив остатки магии.

Хакарк подхватил Фриду на руки и крепко прижал к себе, не давая возможности вырваться из его железных тисков.

На этот раз Эд красноречиво промолчал.

Тирэн, стоявший дальше всех, был мертвецки бледен и, кажется, не на шутку взволнован.

– Тебе же никогда не нравилась эта рабыня, – заметил Хакарк, продолжая хладнокровно удерживать девушку и поглядывать в сторону, откуда мы сбежали. – Что изменилось?

– Я просто не желаю ей смерти, – шепнул мальчишка. – Пусть возьмет часть моей энергии. В моем роду были сильные маги. Шардигар говорил.

– И что потом? – Хакарк вновь беспокойно оглянулся назад.