Замуж за варвара, или Монашка на выданье

– Благодарю вас, – едва слышно ответила я, раздражаясь от легкого дискомфорта в месте, где совсем недавно висел серебряный шнурок – подарок ревнивого мужа. Теперь ниточка обтянула руку, слегка впиваясь в нежную кожу.

– Позвольте сопроводить вас в более пристойное место, – тем временем продолжил принц. – Я никак не ожидал увидеть здесь столь чистое создание.

– Сюрприз, – подтвердил слова Раена моишер Гай, о котором я успела благополучно позабыть.

Они с принцем обменялись быстрыми взглядами, после чего, галантно предложив руку, Раен повел меня прочь из залы разврата.

Выходили мы через другую дверь, маленькую и невзрачную. Как зачарованная, я шла за Раеном, слушая его сладкие, словно мед, речи, наслаждаясь его обществом и улыбаясь все шире. Тревоги были позабыты, а навязчивая серебряная ниточка казалась досадным недоразумением, на которое я очень старалась не обращать внимания.

Моишер Гай по велению принца отворил передо мной дверь и пропустил нас вперед, в небольшую, богато обставленную комнату. Даже слишком богато. От количества золота слепли глаза.

– Покои вашего скромного слуги, – картинно поклонился принц. – Здесь нам никто не помешает беседовать, дорогая леди.

Я остановилась посреди помещения, опершись на громоздкий золоченый стол, и обернулась к Раену, ожидая расспросов о цели своего визита. Решая, стоит ли говорить правду.

Но он не торопил меня. Остановившись неподалеку, взмахнул рукой в сторону стены и, широко улыбнувшись, присел на широкое белое кресло. Моишер Гай понятливо кивнул и… вышел из комнаты, одарив меня напоследок пронзительным взглядом.

– Итак, вы приехали в мою страну, – Раен приподнял подлокотник и вынул из открывшейся ниши золотую коробочку с тонкими сигарами, – потому как захотели увидеть меня.

– Да, – шепнула я, завороженно разглядывая, как на кончике указательного пальца принца возникает огненный язычок, как его губы сжимают основание сигары, приближаются к миниатюрному пламени…

Несколько секунд молчания, и Раен выпустил изо рта голубоватый дым. По комнате моментально распространился сладкий, будоражащий запах.

Устав ждать моего ответа, Раен продолжил сам:

– И вот я перед вами. А вы молчите. Не хотите посвятить меня в свои планы… Что же мне думать? В голову приходят самые разные мысли, но я очень стараюсь отметать все нелестное в отношении вас.

– Все дело в том… Понимаете ли…

Я тоже не хотела, чтобы он думал обо мне плохо. Беспокойно переступила с ноги на ногу, зябко поежилась, лихорадочно соображая, что именно можно сказать.

– Все дело в вашем бракосочетании, – заявил вдруг принц, прерывая мои жалкие попытки сформулировать мысль. Он откинул голову, выпустил в золоченый потолок несколько крупных, сотканных из дыма колец и поднялся.