Игра на одевание

Так что теперь, с русской вышивкой и итальянским кружевом, я могу послать Petit Trianon с его кукольным дресс-кодом, ободками и щипцами для завивки туда, где моя иголка не ночевала, и править миром! Юлечка тоже бы так сделала, если б могла.

– Мы, – Армине предостерегающе подняла в воздух вилку с вареником, – говорим о Снежной королеве Юлии Юрьевне Паршиной?

– Конечно! – Валя энергично прожевала котлету. – Она же психолог, а психологи, психотерапевты, психиатры, пластические хирурги, диетологи, наркологи для этой публики – такая же обслуга, как мы. Им без разницы, что ты пришиваешь. Бисер, как я. Или, как Тимур Хайдаров, нос.

Официант поставил перед девушками блинницу с тяжелой крышкой и блюдо, полное маленьких капустных пирожков.

– А у Ольги, – Армине подлила себе душистый чай из дулевского заварника с нежными розами, – тоже был план свалить?

– Когда-то был. Она маниакально, – Армине поперхнулась, – в смысле отчаянно… откладывала. А потом стала темнить. Но вроде по-прежнему хотела в Англию. Ольга была очень умной, но монетизировать свое умение общаться с людьми, нравиться им после того случая с тиарой Юсуповых больше не хотела. Но у нее был еще один туз в рукаве. После жизни с бабкой, где приходилось много стирать в холодной воде, она научилась работать с водой горячей. Серьезно! Могла чуть ли не пельмени из кипятка в кастрюле тягать! Мечтала открыть свой свечной магазинчик в английской деревне. Варить фигурные свечи ко всяким праздникам, в виде трехцветных конусов с отогнутыми лепестками, новогодних ярко-рыжих мандаринов, весенних цветов.

– А у нее дома был набор для свечеварения? – Армине мысленно обошла квартиру Вороновой.

– Сейчас там ничего подобного нет.

– Странно! Она даже закупала все на ярмарке недалеко от какого-то английского замка на фестивале… Названия не помню.

– Она хотела уезжать одна? Или, может быть, с женихом?

Армине показала на телефоне фото розовато-серого платья с открытыми плечами из шкафа Вороновой.

– Какой винтаж! – Валя недоверчиво сощурилась.

– Просто Оля не любила такие вещи. Стиль прованс, философия «коттеджкор» – это да. Но эстетика Уильяма Травиллы, который скорее известен нарядами для Мэрилин Монро, точно не из Олиной оперы. Мы много раз говорили, в каких платьях пойдем под венец – при такой-то работе! – и всегда выбирали другие модели. Оле очень нравилось это. – Она показала на телефоне фото смущенно стоявшей рядом с женихом хрупкой и застенчивой Кейт Мосс. – Джон Гальяно и Manolo Blahnik, в отличие от Пушкина, уж точно наше все.

Богемное, струящееся, как ручей, спокойное свадебное платье Кейт Мосс так разительно отличалось от наряда из «Поющих в терновнике», что даже далекая от мира моды Армине Ароян кивнула.