Игра на одевание

Адвокат, нанятый семьей Маник, доказал, что девушка якобы не знала, что она устанавливает чипы для считывания данных карт, что ее ввели в заблуждение и прочая лабуда, которой, как вы понимаете, веры нет. К тому же есть один нюанс. У нас нет ее фотографии. Ее семья из Армении, жила и училась она там же. По тому делу, где засветились ее пальчики, сохранились фотографии, но опознать на них ее будет крайне проблематично: девочка увлекалось субкультурой готов, и для макияжа на ее коже больше подходит определение «штукатурка».

– Какой план? – Петр Николаевич нарисовал в календаре галочку. С началом каждого нового дела на страницах старомодного календаря он ставил галочки. Так как Главк, понятное дело, вел множество дел, то, бывало, вся страница пестрела галочками. Иногда карандашом, иногда ручкой. В разных углах или по центру страницы. Гуров и Крячко как-то раз даже поспорили: ставятся ли эти галочки в случайном порядке или есть система? Гуров был уверен, что она есть, потому что в этих галочках Орлов как-то все-таки ориентировался. Генерал несколько раз при них открывал страницы календаря и безошибочно называл дело, которое было начато в этот день.

– Кибермошенниками и их бандой займется ФСБ. Там это хорошо умеют делать. Людей у вас много, своих я с текущих дел снять не могу. Лев, убийство Кубинца на тебе. Пока не доказано обратное, будем считать, что он убит. Пусть Дарья проведет максимум тестов, исследований и анализов – в общем, все что можно в кратчайшие сроки. Как мы объясним, что тело у нас? – спросил Петр Николаевич.

– Найдено в метро, доставили к вам в морг по ошибке или по правилам, решим по мере работы, – отозвался Романенко.

– Если удастся доказать, что это случайность и он умер от кровоизлияния, будет идеально. Но, все мы понимаем, что вряд ли. У Крячко другая задача. В течение нескольких дней, Станислав, тебе нужно будет оказывать всяческое содействие службе безопасности посольства Республики Куба. По негласной договоренности тебе нужно будет, с одной стороны, помогать им, а с другой стороны, следить, чтобы они не увидели больше, чем нужно, и не влезли туда, куда не следует. В посольстве никто не знает, чем занимался их служащий на территории России. Для всех подготовлена очень убедительная версия, что Кубинец, увы, погиб от аневризмы мозга, которая у него в самом деле была, и ты должен везде придерживаться этой версии.

– Аневризма точно была?

– Да. Серхио сам мне рассказывал, что в детстве был разрыв. Ликвидировать ее не удалось, и он просто жил с ней, ведя достаточно осторожный образ жизни.

– А что он делал на «Тверской» так рано утром? – спросил Лев, просматривая досье Серхио. – Он же жил в пределах пешей доступности от посольства, и метро можно было не пользоваться.