На грани развода. Вернуть любовь

Мы никогда не умели строить мосты и решать трудности вместе, доверять настолько, чтобы не оставалось недосказанностей и обид. Так или иначе наш брак был обречен. Мы были слишком эгоистичны, чтобы понять друг друга.

Но что же теперь делать с маленьким существом, которое сейчас живет и растет внутри меня? Мы перекинем наши проблемы на этого безвинного ребенка, оставив его без семьи? Потому что мама и папа не смогли найти путь друг к другу и были слишком гордыми и обидчивыми, несмотря на то, что продолжают любить друг друга? Тогда как есть родители, которые пошли против всего ради того, чтобы вылечить своего ребенка. Эгоистично, нагло, наплевав на все нормы морали. Но все равно пошли. Чем я хуже этой Алисы? И почему я должна думать о чертовой гордости, когда единственное, чего мне хочется – это отменить дурацкий развод и свернуться у Глеба на коленях, чтобы он утешил и подбодрил меня.

«Он все еще не хочет детей. Это всегда было главным камнем преткновения», – мелькает в голове обидная мысль.

В своей задумчивости я не замечаю ничего вокруг, едва осознаю уход Эли, которую позвала Соня, пока кто-то не хлопает меня сзади по спине, возвращая на землю. Обернувшись, вижу ту самую женщину, которая сейчас господствует в моих мыслях. Все, что я испытываю сейчас, это оторопь и смущение от крайне неловкой ситуации, но рано или поздно мы должны были поговорить, хоть я и не собиралась делать это сегодня.

– Вы, думаю, знаете, кто я, – говорит она еле-еле слышно, даже приходится напрячь слух.

Рассматриваю ее: обычная женщина, ничем не примечательная, даже немного усталая, вряд ли у нее есть много времени, чтобы ухаживать за собой, имея на руках больного ребенка. Возможно, несколько лет назад она была более симпатичной, когда на нее обратил внимание Глеб. У него все-таки хороший вкус на женщин. Неприятно видеть напоминание о его прошлом, но это меньшее, что должно меня сейчас беспокоить. Гораздо труднее понимать, что она опередила меня и родила ему ребенка.

И этот самый ребенок сейчас живым воплощением находится рядом.

– Да, я знаю, кто вы, – отвечаю коротко.

Мы смотрим друг на друга и молчим, пока она снова не начинает первой.

– Я не знаю точно, что сказать, – начинает Алиса. – Но я чувствую, что должна была подойти. Объясниться. Вы ведь его жена, а Вова… Я хочу, чтобы вы поняли. Он все для меня. Когда он заболел, я буквально сошла с ума, весь мир слетел с орбиты. Я думала, что это какой-то страшный сон, мне озвучивали настолько непонятные диагнозы, что я не могла поверить, что с моим мальчиком такое происходит. Столько надежд, столько анализов, но в итоге оказалось, что болезнь передалась ему от биологического отца.

– Я слушаю, – побуждаю ее говорить, ощущая, как внутри сжимается сердце.