На грани безумия

Он опёрся на меня всем телом, затем обнял меня так крепко, словно желая убедиться, что это действительно я, а не какой-нибудь призрак.

– Но как… Господи, как это возможно? Кристи, ты жива. Я поверить в это не могу. Ты… Ведь мне сказали, что ты…

В его глазах стояли слёзы. Я медленно подвела его к скамейке, что была в нескольких шагах от нас. Он по-прежнему держал меня за руку, сильно сжимая её.

– Ты не представляешь, Кристи, что значит услышать слова о том, что тебя больше нет. Что ты погибла. Это всё равно, что самому умереть. Как им не понять, что сообщить мне об этом, – значит сказать мне, что это меня больше нет. Что это я больше не существую. Что ты и есть моё я, а я есть ты. Что без тебя не может быть меня как чего-то единого целого. Что если дышишь ты, то дышу я. Если перестанет биться твоё сердце, то и моё не будет жить.

Он на мгновение умолк, но затем сказал:

– Не знаю, поверишь ли ты в это, Кристи, но я знаю точно, что существует тесная взаимосвязь между душевными сущностями, и она происходит на самом высоком уровне, куда вхож не каждый дух, и тем таинственнее связь между ними, чем она более скрыта от внешних взглядов и проникновений. Именно такая связь питает наши с тобой сущности. Без чего нас просто не может быть, а так… мы вечны. И даже смерть не разлучит нас, потому как твой дух и мой вместе едины, и время не в силах разлучить их, и никакая любая сила свыше… потому как вместе они… бессмертны!

Его глаза сейчас лихорадочно горели, а руки дрожали от сильного волнения, и это волнение невольно передалось мне.

– Кристи, – он снова крепко сжал мои руки. – Но где-то в глубине души я, несмотря ни на что, чувствовал, что ты жива, хотя все пытались заверить меня в ином. Но что это, ты вся дрожишь, Кристи, – вдруг спохватившись, сказал он и снял с себя пиджак, чтобы накинуть мне на плечи. В это время я услышала стук двери калитки и, подняв голову, заметила, как к нам направляется Мария. Увидев меня, она от неожиданности вскрикнула и закрыла лицо руками.

– Как, это вы? – медленно убирая руки с лица и всматриваясь в меня, как во что-то неземное, она покачала головой, словно не веря всё ещё своим глазам.

– Но ведь вы… Вы же.…

Макс поспешил заверить её:

– Да, Мария, это не обман вашего зрения и уже тем более не иллюзия. Это действительно Кристи, и, как видите, она жива и здорова!

– Боже, Святые! – уже опустив тяжело руки и облегчённо выдохнув, произнесла она. – Но как? Как же так?

У меня в этот момент промелькнула мысль, что, глядя на Марию, можно было сказать, что она нисколько не изменилась, разве что ещё немного располнела, но её светлые добрые глаза смотрели на меня всё так же доверчиво и внимательно.

– Ну, хоть сейчас, Мария, вы не будете отрицать тот факт, что я не сумасшедший? – сказал с иронией Макс, глядя на Марию.