На грани безумия

И что же после этого может дать ей в будущем это чувство внутреннего страха, чувство бессилия перед этой жестокой и несправедливой взрослой жизнью, и как этому противостоять? Но разве может детская психика справиться со всеми этими чувствами? Слишком непосильный груз для детского понимания этого мира. Неудивительно, что, взрослея, человек становится или слабым и немощным, или жестоким и мстительным, или несправедливым и грубым. Сама жизнь поставила его в эти жестокие рамки, в которых его чувства обращаются злой монетой, платой обществу, неся в себе все породившие в жизни протесты, и так из поколения в поколение. Разве не в этом кроется корень зла человечества?

Я очнулась от нахлынувших чувств и мыслей, потому что в этот момент проходившая мимо класса одна из родительниц, похоже, слышавшая все, что здесь происходило, заглянула к нам в класс. Мужчина в этот момент насильно вытолкнул мать Алики, и они, наконец, вышли из класса. Подойдя ко мне, женщина слегка наклонилась ко мне и заговорила вполголоса:

– Послушайте, возможно, это не моё дело, но хочу дать вам совет: остерегайтесь этой женщины. Я знаю, вы новый человек в наших краях, поэтому многого не знаете. Так вот, эта женщина, которая сейчас вам угрожала, ненормальная, более того, вот уже несколько лет она состоит на учёте в психиатрической клинике. Во всяком случае, как говорят люди, причиной помутнения её рассудка стали бесконечные похождения её мужа. Даже ходят слухи, что она неоднократно пыталась покончить с собой, но её во время останавливали, а однажды одной из его женщин она плеснула в лицо серной кислоты, обезобразив ее до неузнаваемости. Поэтому будьте осторожны, – предупредила напоследок меня женщина, после чего быстро ушла.

Чувство страха, ведомое человеком, возможно, заставило бы его задуматься о том, что может быть…? Только это чувство почему-то не нашлось во мне, как в простом нормальном человеке. Инстинкт самосохранения, как ни странно, затерялся в моём подсознании, ещё с детства, когда перед моими глазами проносились самые жестокие испытания в моей жизни, оставившие неизгладимый след. Нет, я не бросалась в объятия смерти, но и не бежала от того, что мне уготовила судьба. Я лишь всегда следовала велению и порывам своей души, которые нередко приводили меня к пропасти под обрывом, и эти чувства мне приходилось испытывать не раз.

Глава XXVI

Наступила зима. Холод оцепил, сковал всю землю, покрыв её тяжёлым белым покрывалом снежной лавины.

По ночам надломленным скрежещущим голосом завывала вьюга. Казалось, природа неистово стенала в ветках деревьев с жаждой вырваться на свободу и разогнаться в полях, чтобы, наконец, окончательно утвердиться в своей власти над порабощённой землёй.