На грани

Они меня совсем не порадовали – до пятницы, как минимум, не видать мне моего четырехколесного друга. Взгрустнула, но делать нечего. Вызвала такси и поехала на работу.

Все дни отчаянно гнала от себя любые мысли о Лаврове, к черту его! Занимала себя и свою голову чем только могла. Даже книжку купила перед сном читать. Правда, осиливала я лишь пол страницы и засыпала, что меня несказанно радовало. В среду решила пройтись после работы по магазинам. Нужно купить подходящее платье в ресторан. Так как отметины на шее до конца не сошли, необходимо подобрать что-то закрытое. Посетив несколько магазинов, остановила свой выбор на черном закрытом платье длиной до колена с вырезом капелькой в районе груди и круглой брошью на вороте. Проймы рукавов обрамляли легкие волны. Ткань плотно ложилась к телу, подчеркивая каждый изгиб. В общем, оно идеально подходило для похода в ресторан. Тем более к нему у меня были шикарные черные лодочки.

До дома добралась довольно поздно. Приняв душ и завалившись поперек на кровать, взяла телефон, чтобы завести будильник на завтра. Стоило разблокировать экран, как я увидела сообщение от Лаврова, который был записан в телефонную книжку, как «Мудак года».

«Ты дома?» – вот какого, извините, полового органа, он мне пишет. Что еще ему надо?

«Нет» – не хочу, чтобы он приезжал, ничем хорошим это опять не закончится.

«Напиши адрес, я заберу тебя»

«От*ебись, я не одна»

«Не твоего ума дело. Тебя это совершенно не касается»

«Ксюша, мать твою, где ты?»

«Отдыхаю со своим мужчиной, а ты нам мешаешь. Отстань, Лавров» – вот скажите, кто меня за язык тянул? А? У меня дома из мужчин только кактус Иван на подоконнике, который получил свое имя, когда Ника ему глаза кукольные нацепила. Даже кота нет.

«Мудак» – телефон, наконец, замолчал.

Вот и поговорили. Зашибись.

В девятнадцать часов я была полностью собрана: платье, чулки, шикарный черный комплект кружевного белья, черные лодочки на высокой шпильке и легкий черный тренч. Неизменно красная помада на губах. В общем, когда я вышла к Артуру, то мужчина, окинув меня взглядом, не сразу сообразил, что сказать. В итоге, выдав сначала что-то нечленораздельное, оценил мой вид одним словом

– Вау! – на что я засмеялась, и поцеловала Артура в щеку, садясь в машину – Ты шикарна!

Проболтав о всякой ерунде всю дорогу и выслушав еще пару, уже более развернутых, комплементов, мы подъехали к ресторану.

Выхожу из машины, жду, пока Артур достанет из машины букет для жены директора. И не могу отделаться от ощущения, словно за мной кто-то наблюдает. Даже оглядываюсь по сторонам, но никого не замечаю. Все, Нестерова, дурка по тебе плачет. Сначала с Лавровым связалась, теперь еще мания преследования развивается.