По дороге на Оюту. Наперегонки со временем

- Забрать? А почему тётя тебя может забрать у мамы? - миранец, ожидая ответ, снова взглянул на меня оценивающе.

Не успела я открыть рот, чтобы заставить Юлу замолчать, как моя мелкая нас сдала с потрохами.

- Потому что меня в роддоме выдали тёте, она моя настоящая мама. Но ей нужна не я, а деньги. А Криста, она крутая. Обо мне заботится. Мне больше нравится называть её мама. Она лучше и любит меня. А тётя Аника злая.

- Не надо так, Юла? - мне не понравилась, что она говорит.

- Но она правда злая, - насупилась моя мелочь, - я видела, как она воровала с твоей счёткарты. А ещё она постоянно говорила, что я умру, и поэтому никаких документов мне никогда не выдадут. А она родит другого ребёнка, и папа будет ему рад, потому что он здоровый. Только дулю ей: мама не даст мне умереть. Вот так!

Глава 33

Услышав, о чём толкует моя дочь, я растерялась. Как можно было говорить это ребёнку?! Аника, что совсем ""берегов"" не чувствовала?! Я никогда не замечала такого со стороны сестры. Но и не верить Юле, причин у меня не было. Она же знатная болтушка, всё выдаёт как на духу.

- Занятные у вас семейные отношения, - озадаченно протянул миранец.

- Не поверишь, сама в шоке, - выдохнула я.

- А сестра, в какую дыру отправилась? - кажется, у капитана проснулось любопытство.

- Умерла, - честно призналась я. - В день нашей с тобой первой встречи. Я домой возвращалась, а она там, на тротуаре, вокруг законники...

- И после этого ты ещё и в баре выплясывала?

- А что мне было делать? Сесть посреди улицы и рыдать. У меня дочь, слезами я её не прокормлю. Так что горе - не горе, а работу никто не отменял.

- Жестоко. Я так понимаю, родная мать Юлы имела неосторожность помереть, прежде чем ребёнка оформили, - он, наконец, выпустил меня из своих стальных объятий. Шагнув вперёд, прислонилась к косяку. Моя девочка притаилась возле двери и вслушивалась в наш разговор.

- Иди играй с планшетом, милая. Эти слова не для твоих ушей. Вырастешь и поговорим, а пока всего тебе знать ни к чему.

- Угу, - она недовольно кивнула и пошла на кресло пилота.

- И всё-таки, что за срочность? Почему вам так остро понадобилась именно Оюта?

Прикусив губу, я бросила на него несмелый взгляд. Вроде и тайны-то никакой нет, но всё это выглядело так, словно я сейчас буду на жалость давить.

- В тот же день доктор обследовал Юлу. Ей стало совсем плохо, - я проследила взглядом, как моя проказница забралась на мягкое кресло и активировала какую-то игрушку на планшете. - В приюте вызвали врача. А после, как были готовы анализы, он предупредил, что сердечко моей девочки не протянет больше двух месяцев и показал мне стоимость операции. Я даже если себя в вечное рабство сдам, ещё и позволю разобрать своё тело на запчасти, этой суммы не соберу. Там столько нолей. Я даже не знаю, как это число назвать. Дофигальон, вот как-то так.