По дороге на Оюту. Наперегонки со временем

А до этого она ему не нужна была. Он желал смягчить приговор за её счёт, и только-то!"

"- А почему папа так сделал? - я резко захлопнула рот и только сейчас поняла, что сказала. Юла всё слышала.

- Мелкая, так мы же договорились, что я твой папа. Разве это не так? - миранец присел перед растерянной девочкой и обнял её ладонями за худенькие плечики. - Я никогда тебя не предам. Ты же такая замечательная малышка, каждый папа мечтает о такой доченьке.

Юла внимательно глянула сначала на мужчину, а после перевела взгляд на меня.

- Ты выйдешь замуж за дядю Сунира? - выдала она.

- Нет, - я легонько покачала головой, врать мне не хотелось.

- Но почему, мама? Он же хороший.

- Разве нам плохо вдвоём, Юла?

- Я не хочу вдвоём. Не хочу опять в приют, - на её детском личике проступила злость, обезображивая его. - Я хочу, чтобы как у других: мама была и папа.

- Разве я тебе не мама?

- Ты никогда со мной не играешь, тебе всегда некогда. Ты ходишь на свои работы. А когда приходишь, то просто усыпаешь, и всё. Тебя или нет, или ты спишь. А я так не хочу!

- Юла, я должна зарабатывать деньги, - её слова стали такой неожиданностью, что я просто растерялась. - Это жизнь, доченька.

- Тогда я останусь с дядей Суниром. Он играет со мной. А ты только спишь, и всё!

- Юла, достаточно, - грубо рявкнул миранец. - Не смей так разговаривать с мамой.

- Ну, спасибо, доченька, - выдохнула я. - Вот таких слов я от тебя не ожидала. Так легко меня променяла. Всего за одну птичку. Твоя любовь и преданность так дешево стоит?!

Мне было обидно. Я понимала, что она ещё ребёнок, что обо всём судит со своей маленькой колокольни. Но её слова меня задели. Ранили. Словно удар под дых. Пара яблок, клетка с птицей и она отвернулась от меня. Вот так легко!

- Кажется, наша прогулка окончена. Что-то всё пошло вкривь и вкось, - Сунир взял за руку Юлу, и обнял за талию меня, притягивая к себе.

Я молчала. Такой потерянной я себя ещё никогда не ощущала. Мир вокруг меня рассыпался как трухлявый шалашик, ветка за веткой. Как бы я ни пыталась латать его, всё было бесполезно.

Слёзы на глаза наворачивались. Но я сильная. Я не имею права на слабость. Но всё-таки она променяла меня на постороннего, которого знала от силы неделю. Вот так просто.

Да ребёнок. Но всё же.

Рука на моей талии сжалась сильнее.

- Детские слова часто не обдуманы. Она брякнула это на эмоциях. Я пошёл на поводу у её капризов и желаний. Ты была права - подло с моей стороны. Это дешёвый авторитет, Криста. С возрастом она поймёт и оценит всё то, что сделала для неё ты.

- Я не хочу всё это обсуждать с посторонним, - рявкнула я уязвлено.

- Нам вместе путешествовать два месяца. В замкнутом пространстве. Посторонним после такого я тебе уже не буду никогда. Или ты передумала лететь на Оюту?

- Нет.