По дороге на Оюту. Наперегонки со временем

Своей смертью померла и была с почестями отправлена в открытый космос, - Сунир почесал подбородок, - вот будет дом, будут и котята. А на корабль живность я не пущу.

- Да у меня и денег на это нет, - рассмеялась я. Ну какие нам крысы, хромики да котята сейчас. Самим бы куда приткнуться.

- Даже на птичку? - Юла подняла голову и глянула на меня таким взглядом, что сразу стало понятно: или мы немедленно отсюда удираем, или мне придётся искать самую дешёвую птаху, а это было неприемлемо.

- Без птичек, милая, - я ласково погладила её по макушке, желая смягчить отказ.

- Пожалуйста, - протянула она жалостливо, - ну, может, самую маленькую.

- Юла, - мой голос звучал строже. - Это дорого. Понимаешь? И куда нам её? Вот сделаем тебе операцию, осядем где-нибудь в хорошем месте. И первое, на что мы накопим, - будет птичка.

Она упрямо поджала губы.

- Ты также про магноскейт говорила, - сложив руки на груди, моя малышка скуксилась.

- Неправда, - я подняла указательный палец вверх, - магноскейт купим, когда ты станешь старше. И главное, будешь здоровой. А птичка будет, честно-пречестно. Я обещаю, доченька. Но не сейчас.

По глазам видела, на уговоры она не дастся. Ну не тащить же её волоком отсюда. Я уже и пожалела, что вообще сунулись на эту ярмарку. Не видела она этого всего, и не нужно пока было. Вот как теперь выкручиваться?

- Ну, мама, а вдруг мы больше сюда не прилетим, - Юла упрямилась.

- Купим на другой планете, - я попыталась взять её за руку, но куда там, она вырвала ладонь. - Ну, милая, у нас даже дома нет. Подумай, куда нам зверюшку?

В её глазах заблестели слезинки. Она обдумывала мои слова. Я уже было обрадовалась, что смогла найти нужные аргументы, как она еле слышно прошептала, поглядывая на Сунира:

- Мама, а давай вернёмся домой. Тогда и птичку можно. Я не хочу больше путешествовать, хочу в наш дом и в приют к мисс Вонг. Полетели обратно, пожалуйста.

Растерявшись, не знала, что ей ответить. Как объяснить ребёнку, что она умирает, и домой нам путь закрыт. Сунир молчал и не спешил мне на помощь. Напротив, он внимательно слушал наш диалог.

- Юла, - подбирая слова, я постоянно сжимала руки в кулаки, - если мы вернёмся, то тебя у меня заберут. Опека прознала о нас. Тебя поместят в закрытый интернат и никогда больше мне не отдадут. Никогда, милая. Нам нельзя назад, только вперёд. Всё у нас будет. Вот увидишь. Разве я обманщица? Я найду работу, даже две. А если повезёт...

- То и десять, - неожиданно перебил меня миранец, - а после ты где-нибудь по дороге домой загнёшься в подворотне, - продолжил он свою мысль. - Юла, ты должна слушать маму и поддерживать её, а не капризничать. Тебе не стыдно?

Взгляд она опустила на землю, но упрямства в ней было хоть отбавляй.

- Я хочу птичку, - прошептала она, - маленькую. Я потом тоже пойду работать и всё отдам. Пожалуйста.