На дело со своим ментом

Уши длинные, кудрявые, забыла, как такая порода называется… — В этот момент из подъезда по соседству вышла молодая женщина, и старушка громко позвала: — Галя, позавчера по двору собачонка бегала, рыженькая, помнишь? Как она называется?

— Коккер-спаниель, что ли? — ответила Галя.

— Ага. Слышала? — повернулась она к своей соседке. — Коккер-спаниель, а это пудель.

— Может, и спаниель, только похожа…

Они продолжили болтовню о собаке, а я неожиданно замерла, чувствуя, как забилось сердце при слове «коккер-спаниель». Дело в том, что Лелька мечтала о собаке, а точнее, как раз о коккере. Я даже хотела подарить ей щенка, но родители были категорически против, и от идеи пришлось отказаться.

Боясь спугнуть удачу, я спросила осторожно:

— А вы не помните, когда потерялся этот коккер, то есть когда вы его заметили?

Старушки переглянулись.

— Марья Петровна с Пушком вышла, и этот рыжий к нему подскочил, — подумав, ответила старушка, и вторая согласно кивнула. — Марья Петровна на него внимание и обратила. Говорит, не наша собака, прибежала откуда-то, неужто потерялась. Еще позвать ее хотела, уж больно жалко, красивая…

— А что потом?

— Что? — не поняли они.

— Что потом случилось с собакой? — Ничего. Убежала, наверное.

— И вы ее больше не видели?

Старушка плечом пожала.

— Не знаю… Нет… Тут Верочка вышла и стала Оленьку искать, не до собаки было…

— Не было во дворе собаки, — сказала вторая старушка. — Она к детской площадке убежала, это я видела. Марья Петровна еще звала ее, Пушок за кошкой бросился, за Ларисиной, и Петровна за ним, а когда опять про коккера-то этого вспомнила, глянула на площадку, а его там и нет.

— А Оля в тот момент была в песочнице?

Старушки переглянулись.

— В первый раз точно была, — ахнула первая. — Собачка-то к ней и бросилась, она руки расставила, а потом гладить ее начала.

— Вот-вот, — подхватила вторая. — Оленька в песочнице была. Я еще Петровне говорю, может, Дунаевы собаку купили, а она, говорит, нет, Игорь у них собак не любит и на Пушка всегда злится, а уж чего злиться-то, словно он кому мешает… Была Оленька, точно была.

— А во второй раз? Когда Марья Петровна решила коккера позвать?

— Не знаю, — испуганно ответила одна из наших собеседниц. — Внимания не обратила. Вроде пустая песочница, хотя, может, Оленька согнувшись сидела, и я не заметила.

— Не было никого, — вдруг с уверенностью заявила ее приятельница. — Я ж поднялась домой идти и в ту сторону посмотрела. Тебе не видно было, а мне видно: пустая песочница.

— А в тот момент, когда собака к Оленьке подбежала, кто-нибудь из детей был с ней в песочнице?

— Были. Близнецы из третьего дома.

Мы с Женькой переглянулись и поспешно поднялись.

— Из третьего дома, а квартиру знаете?

— На втором этаже, в любую позвоните и спросите.