«Отпуска нет на войне». Большая Игра «попаданца»

Продолжалось это минут сорок-пятьдесят, но так как пес шум проигнорировал, Алексей, призвав «чуму на оба ваших дома», вновь заснул. Под утро кто-то решил потрещать ветками в кустах вокруг стоянки, но после того как Бирюш, лениво приподняв голову, недовольно рыкнул в сторону шума, неизвестный визитер счел за благо не настаивать на процедуре знакомства и потихоньку испарился.

Утренняя побудка каких-либо разочарований не принесла. Во время сборов Алексей, дабы не портить настроение видом полувыбритой физиономии, на свое отражение в луже предусмотрительно не глядел и после плотного завтрака изрядно сократил расстояние до фактории Старого Коули, отмахав до полудня почти десяток миль.

Леша уже собирался набить подсохшим табаком трубку и, устроив кратковременный привал, подымить всласть, как вдруг Бирюш насторожился, тщательно принюхался и порысил куда-то в сторону от тропы. Траппер осторожно втянул в себя воздух, но ничего не учуял и, недоумевая над тем, что же могло привлечь внимание собаки, без особой охоты поплелся следом за псом. Прогулка, подобная этой, гарантировала лишь синяки и шишки, но обижать Бирюша невниманием не хотелось.

Проблуждав по окрестным буеракам не менее получаса, Пелевин услышал приглушенные звуки, доносящиеся словно из-под земли, и чуть ускорил шаг. Вскоре Бирюш вывел его на маленькую полянку, посреди которой зиял неровными краями провал охотничьей ловушки. Из ямы отчетливо доносились чьи-то печальные всхлипы. Всхлипывали двое. Осторожно приблизившись к краю, Леша отодвинул в сторону недоуменно порыкивающего пса, глянул вниз и ошарашенно замер.

На дне, в окружении широченного подола цветастой юбки, встряхивая на каждом всхлипе растрепанной запыленной копной золотистых волос, сгорбилось какое-то тонюсенькое существо. Судя по невнятным грустным причитаниям — женского пола. Второго плакальщика Леша, как ни присматривался, не увидел.

— Все в порядке, мэм? — не подумав, брякнул Пелевин первое, что пришло на ум.

— А вы не видите? — сердито всхлипнула тростинка. — Лучше и придумать невозможно! Да будь здесь трюмо и кушетка, я б тут жить осталась!

Подбирая достойный или хотя бы не слишком дурацкий ответ, Алексей озадаченно сдвинул шляпу на затылок, но сказать что-либо не успел. Копна волос вдруг вскинулась вверх, открыв его взору заляпанную грязью красивую девичью мордашку, исчерченную тонкими дорожками слез.

— Вы долго еще пялиться собираетесь?! — гневно всхлипнула девушка и вроде бы даже попыталась топнуть ножкой. — Если вы не заметили, здесь буш, а не музей высокого искусства! Заканчивайте променад и немедленно нас спасайте!

Не пытаясь разобраться, кого же девушка подразумевала под словом «нас», Пелевин склонился над ямой, протянув вниз руку.