Билет на ковер-вертолет

Она предположила, что по библиотеке носятся здоровенные лбы-школьники, которых можно было бы считать взрослыми, если бы не их поведение.

Но в подведомственном учреждении оказалось пусто, вопль летел с улицы. Директор вышла на крыльцо и увидела невероятную картину. По узкому тротуару бежал Федор Сергеевич Константинов, облаченный в пижаму и домашние тапки, в правой руке профессор сжимал длинный брючный ремень.

— Убью! — вопил всегда корректный ученый. — Насмерть! Мой принц! Это она! Теперь понятно! Больше некому!

Майя Леонидовна ахнула. Но тут из подъезда дома напротив выскочила Розалия в криво застегнутом халатике и кинулась за супругом. Через пару шагов со ступней Розалии соскользнули шлепки, но женщина, не обратив на это внимания, понеслась дальше босиком.

От вида дамы Майя Леонидовна совершенно обалдела. Пробежка ученого в пижаме выглядела, конечно, по-идиотски, но профессор и в библиотеку мог притопать в ней или в разных тапках. А один раз и вовсе случился конфуз. Как-то зимой Константинов, заявившись за литературой, снял в гардеробе пальто, спокойно повесил его на вешалку, вошел в зал и… услышал взвизг библиотекарш.

— Что случилось? — начал ошарашенно оглядываться профессор. — Я напугал вас?

— Э… э… — забормотала красная от смущения Майя Леонидовна, — э… в общем… простите, конечно… но вы забыли надеть брюки.

Федор Сергеевич уставился на свои ноги, обтянутые серо-голубыми кальсонами с трогательно болтавшимися у щиколоток завязочками, потом схватился за голову и спешно ретировался. Так что рассеянность ученого переходила все границы, но была известна, поэтому вид историка в пижаме не потряс Майю. Но, глянув сейчас на Розалию, она испытала шок.

Не успела директриса переварить увиденное, как профессор, покачнувшись, упал на тротуар. Жена бросилась к мужу.

— Помогите! — заорала она. — Врача!

Возле Константинова стала собираться толпа. Майя Леонидовна сбегала к телефону, вызвала «Скорую» и ринулась на улицу.

Напомню, что дело происходило давно, москвичи, не знавшие перестройки, перестрелки и капиталистических отношений, были менее боязливы и более социально активны, чем ныне, «Скорая» ездила по городу, еще практически не знавшему, что такое пробки, а автолюбители, услыхав тревожно воющий глас сирены, мгновенно пропускали машину с «мигалкой».

В общем, «Скорая» прибыла быстро, профессора положили на носилки и увезли. Майя повела рыдающую Розалию домой.

Собственно, директриса думала передать даму дочерям и уйти — Майя Леонидовна совсем нелюбопытна. Она женщина интеллигентная и хорошо понимает, что посторонний человек при стрессовой ситуации в семье является ненужным раздражителем.

Но в квартире Константиновых на первый взгляд было пусто.