На другом берегу осени (БР √2)

– А не знаете, что за Майер ложится в терапию, в вип?

- Кто ж не знает, приятель это старый Соломоныча нашего, каждые полгода к нам на обследование приезжает. Какой-то из бывших, он вообще к их, - медсестра показала пальцем вверх, - больнице прикреплен, но доверяет только нашему главврачу. И ладно бы как все блатные, лежал и требовал забесплатно, так ведь и медсестрам денежку даст, и врачам, да не жалкую тысячу, а пятерку или даже десяточку, а то и две. Золотой человек, вот ведь как терапии повезло, наших-то он редко зовет, если только бывает Павла Анатолича, но тот, душа святая, денег не берет. Святой у тебя брат, Артурчик.

Артур вежливо кивнул. От святости Павла его уже немного подташнивало. И как он, правильный такой, выживать будет в жестоких магических джунглях, там же сожрут «братишку», какой бы великий псион он не был. Да и по правде говоря, не такой уж великий, даже после активации и повторных переходов в лучшем случае на уровне его деда будет, Управляющего силой. И это только на чистом выплеске энергии, сколько лет ему еще развиваться и развиваться, пока придет опыт.

Павел в это время тоже не слишком хорошо о себе думал. Проверив, как наложен гипс, он автоматически заполнил карту, прицепив к электронному документу рентгеновские снимки, назначил повторный прием через три недели, расписался за новый халат и за то, что прочитал очередной приказ, сдал тысячу за себя и еще одну за Артура на день рождения Дмитрия Саныча, торакального хирурга – тому через две недели исполнялось пятьдесят. Сходил пообедал, взяв привычную двойную порцию, и все на автомате.

В пятницу на прошлой неделе, когда Артур куда-то умотал, оставив ему пустую квартиру, он так и собирался сделать – купить пива, заказать пиццу, в интернете посидеть, спокойно лечь спать, но вот все что можно пошло наперекосяк.

Во-первых, Маша сделала отличный ужин, и кто бы мог подумать, что эта гламурная девочка способна приготовить запеченую утиную грудку с апельсиновым соусом, маленькими отварными картофелинами, посыпанными укропом и политыми оливковым маслом с чесноком, с крохотными маринованными огурчиками, и почти настоящий цезарь – с салатом романо, яичным соусом, пармезаном и крутонами. Если путь к сердцу обычного мужчины лежал через желудок, то путь к сердцу Павла на самом деле там и заканчивался. Все, абзац, уже никто никуда не идет.

И во-вторых, Маша была все-таки очень привлекательной девушкой, да что там, если бы не были знакомы почти всю жизнь, и встретил бы просто ее на улице, обязательно бы приударил. Так что еще не старый холостяк не устоял, о чем сейчас жалел.

Уже в субботу все его вещи были разложены ровными стопками в шкафу, каждая – на своем месте. Пыль вытерта. Посуда вымыта. Ботинки расставлены ровным строем в прихожей.