Охотясь на Аделин

– Ну хоть я и не одобряю твои методы, но когда-то я была замужем и убила бы за то, чтобы обладать пусть малой толикой той любви, которую ты испытываешь к своей подруге.

– Да ладно, время еще есть. Ты еще можешь найти свою половинку.

Она закатывает глаза.

– Я слишком стара для этого дерьма. У меня есть мои мальчики, и мне этого достаточно. Только в следующий раз, может, постучишь в дверь? Ты чуть не довел меня до сердечного приступа.

– Мне очень жаль, Тереза, – искренне говорю я, прикладывая руку к груди.

Она снова закатывает глаза.

– Зови меня мама Ти.

Я ухмыляюсь, довольный тем, что меня приняли. Я же сказал Джею: дамы меня любят.

* * *Если бы Братство Василиска не уважало Терезу, то они выбили бы дверь. Но вместо этого они вбегают в дом, все вчетвером, едва ли не спотыкаясь друг о друга.

Тереза ждет на пороге, заранее успокаивающе подняв руки.

– Успокойтесь, мальчики. Он здесь не для того, чтобы меня обидеть.

Слейд берет ее руки и кружит на месте, предположительно, чтобы убедиться, что у нее действительно нет травм. Она вырывается из его рук и отмахивается.

– Прекрати, я в порядке. Я еще могу позаботиться о себе.

Глаза Райкера сразу же находят мои, и его движение не останавливается ни на секунду. Он бросается ко мне, но не успевает сделать и двух шагов, как Тереза хватает его за руку.

Он удивленно поворачивает к ней голову, и она грозно смотрит на него.

– Ты что, мать твою, оглох или я теперь немая? Что я сказала? Он здесь не для того, чтобы обидеть меня, успокойся.

Райкер снова смотрит на меня, и на его лице отражается смесь гнева и недоумения.

Я откусываю кусочек шоколадного печенья и улыбаюсь ему одними губами, пока жую.

Чертовски вкусное печенье.

– Кто ты, на хрен, такой? – рявкает Райкер, пока остальные трое заходят с флангов. Грудь колесом, подбородки вздернуты, руки готовы выхватить пушки.

Тереза закатывает глаза и что-то бормочет себе под нос, с раздражением вырываясь из-за их спин и усаживаясь на свой стул.

Мальчишки всегда будут мальчишками.

Я медленно встаю, вытирая ладони о джинсы.

– Зейд, – кратко отвечаю я, и бровь Райкера вздергивается.

– Зейд, – сухо повторяет он, словно не веря ушам.

– Я так и сказал.

– В смысле, тот самый Зейд? – уточняет Дайр. Два крошечных алмазных дермала над густой черной бровью ярко сверкают, когда он поднимает ее.

– Да, – подтверждаю я.

Представления тем, кто никогда не видел моего лица, так утомительны. Любой может заявить, что я – это он, но, когда придет время доказать это, все они потерпят неудачу.

Слейд фыркает, закатывая свои темные глаза, которые составляют любопытный контраст с падающей на них копной светлых волос.

Единственный, кому нечего сказать, – это Кейс, он просто стоит в стороне и внимательно наблюдает за мной.