Охотясь на Аделин

– Поблизости есть жилые дома?

– Не мешает проверить, – отвечает он. Он поднимает на меня глаза. – Имей в виду: удостовериться, что в нем и держат пленниц, невозможно, если только не взять его штурмом. Хочешь совет? Не делай этого.

Я поднимаю бровь в ответ. Понимая, что он разговаривает с человеком, который ворвался в дом мамы Ти без приглашения, просто чтобы связаться с ними, Дайр закатывает глаза и снова отворачивается к компьютеру. Что помешает мне сделать это еще раз?

Правильно, ответ – ничего.

– После общения с тобой мне понадобится очень долгий сеанс терапии с моим питомцем, – бормочет он.

– Всегда пожалуйста.

Он ухмыляется, но не отрывает глаз от экрана, прочесывая лес. Долгое время он ничего не находит. Достаточное, чтобы я протер дыру в полу, пока расхаживаю туда-сюда.

– Есть кое-что, – объявляет Дайр примерно через двадцать минут, привлекая мое внимание.

Я подхожу к нему сзади и наклоняюсь, чтобы получше рассмотреть."

"Если этот ублюдок снова скажет, что я мельтешу здесь, то я украду его зверушку и высажу в случайном месте, просто чтобы доставить ему неудобство. Засранец просто охренительный счастливчик, что я нахожусь так близко к нему.

Среди деревьев стоит огромный ветхий дом. Похоже, его расцвет пришелся на начало 1900-х годов. Тем не менее он все еще пригоден для жизни – просторный и, безусловно, отлично спрятанный.

Мое сердце ускоряет темп, и впервые за последнее время я испытываю волнение.

– Где он находится?

– Мерлин, Орегон. В пятнадцати минутах езды от Грантс-Пасс, около того. – Он замолкает. – И в часе езды от Джексонвилля.

К тому времени, как он заканчивает фразу, я уже почти вибрирую.

Когда была сделана спутниковая фотография, у дома был припаркован только ржавый красный пикап. Я выхватываю свой ноутбук и быстро пробиваю номерной знак, чтобы выяснить владельца.

– Рокко Беллуччи, – бормочу я, немедленно принимаясь копаться в его биографии. – Несколько обвинений в пьяном дебоше, домашнем насилии, побоях.

Дайр пожимает плечами.

– Вполне стандартный список для девяноста процентов мужского населения.

Далее я проверяю, кому принадлежит дом, и снова вижу имя Рокко. Стучу пальцами по клавиатуре ноутбука, и в моих нервных окончаниях так и гудит тревога. Этот дом выглядит очень подозрительно, но ничто в нем не указывает на то, что в нем держат пленниц.

Он не зарегистрирован на нужное мне имя, и нет никаких вещественных доказательств деятельности работорговцев.

Вытащив из кармана телефон, я набираю номер Джиллиан. Она пообещала помочь, чем сможет, если у меня будут еще вопросы об Адди, так что я попросил Руби достать для нее телефон.

Несколько долгих секунд в трубке одни гудки, но затем раздается ее скучающий голос с акцентом:

– Ну?

Какой же она приятный и теплый человек.