14 дней на любовь

Я бы не отказалась от добавки… — заявляю и почти не краснею, потому что Рома поймёт, не осудит.

Он будит во мне другую Аню, способную на страсть и волнующую дикость, полную раскрепощённость и открытость только для него одного. Не закрываюсь, делаю всё, что хочу и что способна ему дать, полностью понимая, что Рома примет меня любую. Направляет, подсказывает и выполняет мои просьбы в желании попробовать всё именно с ним, понять, что я не фригидна, просто в моей жизни мужчины были не те.

— Остались в поместье, только их комната в другой части дома. Надеюсь, отец с мамой никого не подняли ранним утром своими криками, — Рома кривится, и я вспоминаю, как вчера он то и дела разводил своих родителей по разным углам.

— Они совсем не ладят?

— Абсолютно. Кошка с собакой и то уживаются, а они и сутки не в состоянии провести друг с другом под одной крыше. Но не пригласить маму я не мог. Отец понял и принял, хотя бы на время свадьбы.

— Свадьба… — улыбаюсь, пришло время объяснений. — Как ты всё так быстро устроил? И как Ира оказалась главным действующим лицом?

— Она приехала в понедельник забрать твои документы, и пришла ко мне, чтобы высказать своё мнение и подробно объяснить, какой я козёл.

— И ты слушал?! — знаю, насколько Ирка может быть опрометчива в колких выражениях.

— Всё, до последнего слова. Поверь. А потом доказал, что не виноват и всё было подстроено. Она поверила. Мы придумали хитроумный план по завоеванию тебя, — рычит, прикусывая за шею, а я хохочу, совершенно не сдерживаясь в эмоциях. — Подключил твою маму, а когда прилетел в Москву в помощники добавилась Лиза.

— Лиза… Она ведь помогла Веронике, так? — решаюсь спросить о том, что меня волнует. — Как у неё оказался ключ от квартиры?

— В пятницу Лиза прилетела в Самару и приехала в офис, попросила ключ, чтобы отдохнуть и выбрать номер в отеле, а на самом деле отдала его подруге… которую ты и увидела… — прикасается губами и трётся своей щекой о мою. — Ань, я к ней не прикасался, если ты об этом…

— Я знаю. Теперь всё знаю, — настолько счастлива открывшейся правде, что незаметно для себя ловлю скатывающиеся слезинки. — Почему так торопился со свадьбой?

— Хотел новый год встретить уже вместе, — перекатывается, подминая под себя. — К тому же, дольше без тебя не вытерпел бы. Последние пять дней итак стали невыносимыми. Люблю тебя, моя фея, — прикасается почти невесомо, отчего сердце заходится в бешеной пляске каждый раз, когда Рома произносит заветное «люблю».

В груди приятно щемит от нежности и сладкого, разливающегося по венам, удовольствия. Хочется мурчать, ощущать рядом его тепло, проникающее под кожу и обжигающее с новой силой терпкими чувствами.