14 дней на любовь

Несмотря на безмерную любовь к дочери, он всё же всегда трезво оценивает сестру, как человека и женщину.

Прекрасно знает о её недостатках и неспособности рационально использовать средства, именно поэтому и ограничил лимит на её карте. Но при этом в курсе — когда у Лизы заканчиваются деньги, она всегда идёт ко мне. Я даю меньше её требований, немного отрезвляя сестру. Отца это устраивает.

— Остаётся только ждать, когда твоя дочь влюбится по-настоящему, нырнёт в омут с головой и, возможно, всё же станет примерной женой.

— Ну да. Вот именно такое желание и загадаю в новый год, — смеётся, но его показной смех, скорее, с нотками отчаяния.

— И пожалуйста, пап: если Лиза спросит, куда я уехал, не говори, — мне не нужно, чтобы сестра и Вероника припёрлись в Самару. А они могут, в чём я совершенно не сомневаюсь.

— А если будет требовать информацию?

— Скажи, что я в Астрахани, работаю над повышением работоспособности слабого филиала. Она всё равно не поймёт, чем именно я занимаюсь.

А сестра обязательно спросит — для Вероники. Ей просто необходимо мельтешить перед глазами, чтобы не забывал, и, возможно, сорвался на её ухищрения затащить меня в постель.

— Я, конечно, дочь люблю, но мужская солидарность превыше всего, — слышу, как он улыбается, что означает — сестра от него правдивую информацию не получит. — Сегодня домой не вернусь… останусь в городе, — что означает — папа останется ночевать у очередной пассии. — И завтра, скорее всего, не увидимся. Так что, позвони, как будешь уже в Самаре.

— Договорились, — кладу трубку, облегчённо выдыхая.

Что же, не самый плохой вариант покинуть столицу, чтобы избавиться от назойливого внимания Вероники. С глаз долой, из сердца вон — может сработает? Хотя, в случае Сёминой, её сердце находится между ног, именно им она и полюбила добрую половину моих знакомых.

Телефон разрывается. Кира, как всегда, вовремя.

— Привет, мой друг с израненным сердцем, — ржач в трубке выдаёт всю неискренность произнесённой, казалось бы, печальной фразы.

— И тебе привет. Умеешь сочувствовать! Моё сердце вполне себе целое и не такое уж израненное. Единственное, что меня действительно расстраивает — это непонимание Вероникой моей фразы: «Пошла вон!».

— О, как, то есть она надеется на воссоединение, правильно понял? — даже Кира удивлён такой наглости, а он-то относится ко всему проще, чем я.

В его постели женщины не задерживаются дольше, чем на неделю. Это Вероника, только с членом между ног.

— Именно. Из нашего последнего разговора полчаса назад, отчётливо понял, что Сёмина считает измену нормой, по её мнению, ничего страшного не произошло. Возможно, это я идиот, и такой формат отношений действительно норма?

— Норма, мой друг — понятие растяжимое.