Карлссон, который живет на крыше (Пер. Л. Брауде и Н. Белякова)

Тем более что Кристер и Гунилла, вероятно, уже забыли о нем, и Малыш счел, что это только кстати.

«Теперь он стал моим собственным тайным Карлссоном», — подумал он и быстро распрощался с Кристером.

— Привет! Я спешу! Больше у меня нет времени!

Грустно было Малышу обедать с одной только фрёкен Бокк. Но она приготовила очень вкусные фрикадельки, и Малыш съел их довольно много.

На сладкое ему дали яблочный пирог с ванильным соусом. И тогда он начал думать, что, быть может, фрёкен Бокк не так уж и безнадежна.

«Самое лучшее у Домокозлючки — ее яблочный пирог, — подумал Малыш, — а в яблочном — ванильный соус, а в ванильном соусе — что именно я его ем».

Все-таки обед был невеселый, раз за столом столько пустых мест. Малыш тосковал без мамы и без папы, без Буссе и Беттан, ему не хватало их всех и именно в таком порядке — сначала мамы, а потом уже всех остальных. Нет, в самом деле, это было невесело; кроме того, фрёкен Бокк все время болтала о Фриде, а Фрида порядком уже Малышу надоела."

"Но вот настал вечер. Была уже осень, темнело рано. Малыш стоял у окна своей комнаты, бледный от нетерпения, и видел, как над крышами домов зажигаются звезды. Он ждал. И ждать было гораздо хуже, чем

рождественскимвечером. Тогда ведь ожидаешь только юльтомте — рождественского домового, а разве можно сравнить его с Маленьким привидением из Васастана… Ни в коем случае! Малыш нервно кусал ногти. Он знал, что где-то там, наверху, ждет своего часа и Карлссон! Фрёкен Бокк сидела на кухне и парила ноги в лоханке с водой. Каждый день она принимала ножную ванну, а потом приходила к Малышу пожелать ему спокойной ночи, это она ему обещала. И тогда уже — самое время звонить в колокольчик. А затем… Боже милостивый, как говорила фрёкен Бокк… Боже милостивый, до чего же будет интересно, просто дух захватывает!

— Если она сейчас же не явится, я лопну от нетерпения, — пробормотал Малыш.

И она явилась! Фрёкен Бокк вошла в комнату; ее голые ноги были чисто вымыты. Малыш так испугался, что затрепетал, словно маленькая рыбка, хотя ждал и знал, что она придет.

Домоправительница недовольно посмотрела на него:

— Почему ты стоишь у открытого окна в одной пижаме? Сейчас же ложись!

— Я… я только смотрю на звезды, — запинаясь, произнес Малыш. — Не хотите ли, фрёкен Бокк, тоже взглянуть на них?

Он спросил это, желая хитростью заманить ее к окну. Одновременно он незаметно сунул руку за занавеску, где был шнурок, и сильно рванул его. Он услышал, как на крыше зазвенел колокольчик. Услышала звон и фрёкен Бокк.

— Я слышу звон колокольчика из космоса, — сказала она. — Как странно!

— Да, странно! — согласился с ней Малыш.

И тут же затаил дыхание. Потому что с крыши, плавно скользя, поплыло в воздухе белое и в меру упитанное привидение.