Мышка так мышка, мой котик

- Гипотетически, - быстренько меня разочаровал. - Мила, ты умная женщина. Умеешь просчитывать ситуации, но как тебе такое в голову пришло? Ну почему нельзя было дать отношениям развиваться постепенно? Не придурок же я, не урод, не извращенец. Да даже не бабник! Так ответь, почему?

Ну вот, кажется, я опять собираюсь реветь. За все тридцать с хвостиком лет столько не плакала.

- Испугалась, - ответила, не смотря ему в глаза. - Есть в психологии такое понятие - импринтинг. Так вот, чем влюблюсь, а потом он меня бросит, лучше сама, - все, носом уже шмыгаю. - А ты мне слишком понравился, чтобы так рисковать.

- Женская логика - вещь непостижимая, - озадаченно сказал Ярослав.

- А мужской вообще нет, - автоматически огрызнулась.

- Ну нет и нет, что ж теперь, - кровать рядом прогнулась, и вот я спиной прижата к такой знакомой мужской груди. - Проживем и без нее, на голом расчете. Главное, что самая лучшая в мире, хоть и немножко глупенькая, женщина скоро будет вся моя и родит мне сына.

- Прям самая? - такой неожиданный поворот ошарашил.

- Самая, - в подтверждение объятия стали крепче.

- Все равно требую брачный контракт, - может, он от жадности мне тут лапшу на уши вешает? Хотя и точно уверена в обратном - Ярослав слов на ветер не бросает.

- Я тебе в нем еще и бонусы по итогам пятилетки пропишу. Милка, без тебя, знаешь, как все бесят? И бабы вешаются, совсем страх потеряли. Вот и будешь охранять меня днем, чтобы другие не покушались. А я тебя - ночью. Каждой. Лет так пятьдесят подряд.

Что это, если не признание в любви? Возможно, не самое романтичное, зато железобетонное, основательное и прочное, как все здания, возводимые ""БазисСтрой"".

Глава 29. Ярослав

Глава 29. Ярослав

В общем, мне надоело такое положение вещей, надоело строить из себя дракона, не в моем характере устраивать глупые разборки с женщинами. Особенно с самой нужной и важной. Да и вся эта ситуация пагубно сказывается на наших нервных системах. Мила боится, просто боится довериться. Значит, придется ее убедить в своей благонадежности. Тем оно ценнее. В общем, мы договорились, и Мила расслабилась. Не вздрагивала, не пугалась, из взгляда ушла настороженность, зато вернулась прежняя острота языка. Пока мы там устраивали разборки и вели серьезный разговор, Галина Ивановна ушла, оставив свой комплект ключей на тумбочке - жест полного доверия. Замечательная женщина!

- Видишь? - ее дочь трясла связкой. - Но как? Полчаса общения и мама передает свою родную и единственную кровиночку в руки незнакомого мужика! - недоумевала она.

- Твоя мама - мудрая женщина, - мне было смешно от проявления такого искренне-детского негодования. - Она, в отличие от тебя, сразу поняла, что я хороший и надежный человек, которому можно со спокойной душой передать дочь из рук в руки.