Мышка для серцееда

— Да мне все равно, мышь, — от него исходят волны злости, и я их отчетливо ощущаю. — Кто тебе право дал заходить в мою комнату?

— А как бы я по-другому тебе ее отдала, если тебя не бывает дома?! — он все же выводит меня из себя, и я повышаю голос. — Мозгами пораскинь!

— А ты что, следишь? — самодовольная ухмылка — и я готова снова в него чем-нибудь кинуть.

— По-твоему, мне больше заняться нечем? В общем, считай это извинением. Как поступать с отстиранной формой решай сам. Мне все равно, — на одном дыхании выдаю я и подхожу к нему.

Он продолжает стоять у двери и загораживать проход.

— Дай пройти.

Пытаюсь говорить спокойно, хотя его близость творит со мной непонятные вещи.

— А если не дам? — вкрадчиво говорит он и приближается вплотную, прижимаясь своей грудью ко мне.

Вскидываю голову, чтобы встретиться с его глазами. С удивлением замечаю, что он почти на две головы выше, и от этого перехватывает дух.

Изгибаю губы в улыбке и приподнимаюсь на носочки, чтобы стать еще ближе. Зрачки Руслана расширяются, а взгляд падает на губы.

Наши лица находятся на минимальном расстоянии. От этого факта в теле прокатывается дрожь. Неужели волнуюсь?

— Я скандал устрою, — шепчу возле его губ и делаю шаг назад.

Жду, когда до него дойдет сказанное и он отойдет в сторону. Но Руслан не торопится. Окидывает меня оценивающим взглядом, словно сомневается в правдивости моих слов. Складываю руки на груди и вопросительно вздергиваю бровь.

— Зубастая какая мышка, — усмехается он и делает шаг в сторону.

Я прохожу мимо и, уже открывая дверь, слышу его слова.

— И, кстати, тот поцелуй ничего не значит, мышь.

Оборачиваюсь. От самодовольной улыбки внутри неприятно переворачивается.

— Какой поцелуй? — невинно бросаю ему в лицо и выхожу наконец из комнаты.

* * *Вчитываюсь в строчки лекций и пытаюсь в который раз запомнить написанное. Ну надо ж было очередную проверочную нам влепить. Ну нормально же все было!

Внезапно снизу раздается оглушительная музыка, а я от неожиданности подскакиваю на месте. Снова склоняюсь над тетрадью, но музыка становится еще громче. Еще немного — и стекла начнут дребезжать.

Буквы плывут перед глазами, смысл нещадно теряется, а у меня всего вечер чтобы выучить все написанное. Ух-х-х-х-х, индюк!"

"Басы долбят так, что я подпрыгиваю на месте. Из меня вырывается громкий рык, но и он тонет за звуками.

Надо ж было так невовремя маме с Владимиром уехать в город за продуктами. А мне теперь разбираться с этим индюком.

Выскакиваю из комнаты и сбегаю по лестнице вниз. В крови бурлит решительность. Единственное желание сейчас — высказать этому идиоту, что он тут не один и другие тоже чем-то занимаются. И вот это вот бум-бум-бум, в котором тонет весь дом, может просто мешать.