Мышка для серцееда

— Виталечка, шел бы ты… — она выдерживает театральную паузу и окидывает ухмыляющегося парня надменным взглядом.

Я узнаю в нем одного из парней, с которыми я пересеклась в первый учебный день."

"— Куда, радость моя, мне нужно идти? — в отличие от второго, этот хотя бы не выглядит надменным индюком и не рисуется.

Веселится, да. Подкалывает Милу, но и я утром не удержалась, потому что подруга реально выглядит как леденец на палочке. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не подхихикнуть и достаю горячий стаканчик из автомата.

— В деревню к бабушке, — ерничает Милка, а я усмехаюсь.

— Мил, догонишь? — уточняю я, потому что нет желания натолкнуться на дружка Виталия.

Подруга только кивает, при этом не сводя враждебного взгляда с собеседника. Я разворачиваюсь и достаю телефон, чтобы свериться с расписанием. Делаю глоток и чуть ли не жмурюсь от удовольствия. Горячий напиток приятно согревает пищевод и перекатывается на языке терпким вкусом муската. Обожаю именно такой кофе. Так, мне нужно попасть в третий корпус на второй этаж. До сих пор не сразу могу сориентироваться, куда идти, поэтому замедляю шаг и оглядываюсь по сторонам. Кажется, дальше по коридору та самая дверь, которая ведет в теплый переход. Архитектора этого здания придушить было мало: такие лабиринты освоить под силу только настоящему следопыту.

Это Мила тут как рыба в воде, а у меня развивается топографический кретинизм стоит оказаться в этих коридорах в одиночестве. С разных сторон доносится веселый смех студентов. Это уже не так смущает, как в первые дни. И даже становится неотъемлемой частью студенческой жизни. Тут совсем все по-другому, не как в школе. В школе я тратила много времени на тренировки и занятия не по основным дисциплинам, а здесь я выбрала специальность, на которой спорт не в числе преимуществ. После долгих стенаний перед вступительными экзаменами я выбрала-таки направление туризм. И мир посмотрю, и языки подтяну, и при этом будет возможность посещать спортзал.

Снова опускаю глаза на дисплей, вижу индикатор сообщения, дохожу до лестницы, которая ведет в переход, и, взбежав по ней, ныряю в приятную прохладу. Одно название теплый, а температура практически как на улице. Кожа покрывается мурашками от прохлады. Приходится ускорить шаг, чтобы не начать стучать зубами. Дернуло ж меня напялить футболку, с моей-то любовью к теплу и комфорту.

Так, сообщение. Нужно ответить, иначе мама наведет шороху.

""Доча, может, сегодня я освобожусь пораньше, и мы наконец поужинаем вдвоем"".

Во рту разливается горечь. После того как у мамы появился Владимир, задержки на работе стали чаще. А может, и не на работе, я не уточняю. Стараюсь не лезть в мамину новую личную жизнь.