Мышка для Котова

Знал об этом, но… Боже, — я барахтаюсь, пытаясь встать с него, но Марк крепко прижимает к себе. — Пусти. Вызови мне такси. Я хочу домой.

— Анюта, послушай…

— Я не хочу слушать, Марк. Не хочу. Дай мне встать, мне нужен телефон.

— Ань, — встряхивает за плечи. — Послушай меня. Я не стану оправдываться, но не будь эгоисткой! Прошу, дай моим родакам возможность помириться. Переночуй здесь.

— Я не стану спать с тобой в одном доме.

— Ты будешь спать в отдельной комнате. С ключем. Я не буду тебя трогать. А завтра вызову такси.

— Хорошо! Только перестань меня лапать, — Марк послушно разжимает руки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я вскакиваю с его бёдер и складываю руки на груди. Марк смотрит на меня взглядом побитой собаки, а потом направляется в дом. Иду следом, пылая от злости и желания швырнуть что-нибудь тяжёлое ему в спину.

— Вот твоя комната, — открывает передо мной дверь. — Ванная и туалет в конце коридора. Всё нужное бельё в шкафу, — Марк уходит, оставив меня одну в просторной комнате, которая, несомненно, некогда принадлежа парню.

Опускаюсь на кровать и даю волю слезам. Марк женится. Он скоро женится. На другой.

Глава 20

Марк

Пью виски прямо из бутылки, развалившись в кресле на веранде. Но обжигающая жидкость не помогает заглушить душевную боль. Мне херово. Мне настолько херово, что я позволяю себе заорать в голос. Затягиваю уже пятой сигаретой за вечер. В горле печёт, глаза слезятся от едкого дыма. Но мне хочется хоть на сотую часть выжечь из груди вину, злость и бессилие, которые бушуют внутри. И самое говняное, что я не вижу выхода из ситуации.

Наверху, в моей комнате, на моей кровати спит Анюта. Моя маленькая смешная девочка, которая старательно показывает свои колючки, пряча свою ранимую душу. Мой маленький мышонок, в которого я влюбился до помутнения сознания два года назад, разбив ей сердце, не видя иного выхода. И сейчас, когда увидел её в аэропорту, понял, что убеждения и все попытки выкинуть из головы, забыть и отпустить девчонку с треском провалились. Я не смог держаться от неё на расстоянии. Тянуло к ней как магнитом. Будто весь мир сузился до района, где жила ма. Только туда вели все дороги.

И я снова причинил ей боль. Снова. Я конченный мудак, но ничего не могу с собой поделать. Не могу не касаться её. Не могу не целовать её охр*нительно сладкие губы. И кто бы знал скольких усилий мне стоит не сорвать все преграды и не погрузиться в неё на всю длину члена. Почувствовать тесноту её тела. Идеального тела. И с каждым разом становится всё сложнее. Потому что она отвечает на мои поцелуи. Так искренне. Так сладко. Ох, бл*тство. Как же я хочу её. Каждую минуту. Каждое мгновение.