Мымра! (СИ)

Заметил все-таки, что месячных нет, ну еще бы, если каждый день почти полтора месяца из кровати не вылезать.

— Когда ты мне хотела сообщить? — наседает он, — Вера?!

Глава 43. Егор

Глава 43. Егор

Всю голову с утра сломал, что не так. Перебрал все: погоду, машину, рубашки, даже полы предложил помыть, а тут такое. Только когда ехали в машине, мысль пришла, чуть не затормозил посреди трассы. Пришлось съехать в карман.

— Скажи-ка мне, где наши «кровавые дни»? — спрашиваю ее сердито, — Ты, поэтому такая злая с утра? — смотрю на Веру в ожидании ответа. — Когда ты мне хотела сообщить? Вера?!

Она сидит, ручки на коленях сложила, глазки в пол, ну сама невинность.

— Вера, не выводи меня, — говорю с тихой угрозой, — Мы беременны?

— Да! — взрывается она, — А все ты! Я успею Вера, я все сделаю как надо. Не переживай! — начинает кричать, а меня всего словно кипятком ошпаривает. Улыбка до ушей расползается, в груди, словно фейерверк взрывается. Даже не слышу ее гневных криков. Отъезжаю на кресле подальше от руля и сгребаю Веру к себе, сажаю на колени и утыкаюсь носом в ее грудь, вдыхая такой родной запах, что крышу сносит. Вера колотит своими кулачками по моей голове, плечам, ругается сильно, даже не хорошими словами, а я пытаюсь радостную морду свою спрятать. Не могу убрать глупую улыбку, рад так, что по фигу все. Даже не ожидал, что так накроет.

— Ты! Все ты виноват! У-у, как я зла на тебя! — продолжает голосить Вера, а я приподнимаю лицо и начинаю целовать ее. Вначале шею, потом щеки и добираюсь до губ. Какая же она сладкая, что мозг плавится, и сердце через раз стучит.

— Вер, а Вер, — шепчу ей, отрываясь от губ, что уже ответили мне, а руки ее лежат на моей шее, поглаживая завитки волос у воротничка рубашки.

— Что? — спрашивает она, чуть успокоившись.

— Я так счастлив, Вер, что слов подобрать не могу, — говорю ей, а самого чуть ли не трясет всего от радости.

— Правда? — глядит в глаза, словно подвох какой ищет.

— Очень, у меня вот тут, словно взрывается все, салют долбанный бьет, — кладу руку на свою грудь.

— Ох, Завьялов, — вздыхает Вера и прижимается лбом к моей щеке, — Рано еще.

— Ничего не рано, в самый раз, — отвечаю ей и шарю в кармане, достаю телефон, — Так, в офис мы не едем, пусть Батя сам там рулит. Мне все равно кого он там подберет, а мы едем к врачу, и заявление подавать. Хватит уже. Ты же не хочешь на свадьбе с животом быть?

— Я вообще не хочу быть как бочка, — отвечает моя милая Мымра, пока я набираю отца.

— Пап, привет, мы не приедем, — отвожу телефон от уха, где слышна отборная ругань.