Мы знаем, что ты помнишь

Он ел, пытаясь пищей заглушить тревогу. Седьмой он скормил псу. И плевать, что тот размазал майонез по всему сиденью. Все равно папаше эта машина больше не пригодится.

Дорога закончила свой подъем, один из самых длинных и тяжелых подъемов для велосипедистов во всей Вселенной. Как раз в конце него находился бывший продуктовый магазин. Он знал это и все равно поехал вперед. Съехал на обочину и остановился. Выпустил пса наружу, и тот, не помня себя от радости, полетел среди деревьев.

«Встречаемся у магаза», говорили пацаны в его детстве, хотя уже никто не помнил, что там когда-то был магазин. Дом давно стоял пустой, и местная молодежь любила там иногда тусоваться. Где-то ведь нужно было толкать травку, ну и все такое. Или все же остальные знали? Что Лина пойдет с рюкзачком, болтающимся на плече, подол платья развевается вокруг ног, а сверху только тонкая кофточка, та самая кофточка, желтая, как одуванчик, как солнышко, ослепительно-желтая.

А может, она специально хотела, чтобы кто-нибудь за ней увязался? Иначе зачем еще она могла отправиться по этой узкой тропинке в лес?

Улоф думал об этом, стоя здесь и прокручивая в голове все, что тогда случилось. Что она была одета совсем не так, как одеваются, когда идут в лес. Он почувствовал, как на коже выступил пот. Его замутило. Должно быть, от съеденных гамбургеров. Если он немного углубится в лес, его никто не увидит. Пес радостный носился вокруг, и когда Улофа вывернуло наизнанку среди камней и папоротников, тут же с готовностью обнюхал рвоту.

Улоф отогнал его. Разыскал нечто, что, как он решил, было заячьей капусткой, и пожевал несколько листочков, чтобы отбить дурной привкус во рту.

А тропинка вилась все дальше и дальше, сначала круто карабкаясь вверх по скалам, а потом резко сбегая вниз, к заброшенной лесопилке. Где-то там все и случилось, за замком, который по-хозяйски возвышался над всей округой, среди ветвей, где никто не мог их увидеть. Там стояла она и ждала его.

Что тебе нужно? Ты меня преследуешь?

И смех, который был предназначен только ему.

У Улофа появилось ощущение, что с тех пор больше никто не ходил здесь. Разве что полиция. Они частым гребнем прочесали весь лес и всю округу, да еще и собак отправили на ее поиски. А потом следственный эксперимент. Воссоздание картины преступления. Когда его привели сюда и заставили показывать. Там была полянка с поваленным деревом. Сейчас он уже не нашел этого места. Березы стали выше, а тропинка, сужаясь, вскоре совсем пропала из виду. Ее поглотили заросли черники и крапивы. Он ощутил вкус земли во рту.

Что ты сделал с ней, Улоф?"

"И потом, у реки, возле кирпичного сарая, в народе в шутку прозванного «Мекеном»[4].