Мы знаем, что ты помнишь

 – Вы случайно не знаете кого-нибудь еще, кто находился с ним в близких отношениях?

– Нет.

– Может быть, друг детства или старый товарищ по работе…

– Понятия не имею. Я слиняла оттуда, когда мне было семнадцать лет, спустя три месяца после тех событий. С отцом и прежде было трудно ладить, но после случившегося он окончательно утратил контроль над собой. Выпивка, припадки ярости и прочее. Единственное, что меня всегда терзало, это то, что я сбежала и бросила там маму. Прошло два года, прежде чем ей удалось с ним развестись. Ее не стало только в прошлом году. Она умерла от рака, и я в какой-то мере даже рада, что она не застала всего этого.

Когда Эйра вернулась обратно за столик, ГГ уже покончил со своим лососем и теперь сидел, погрузившись в изучение списка, с бокалом виски в руке.

– Наверное, еще рановато для дегустации, что скажешь?

Эйра пересказала ему содержание разговора, который по сути ничего им не давал. Трудноуловимый неприятный осадок. Во многом из того, что говорила Ингела Берг Хайдер, угадывался агрессивный подтекст и в то же время что-то очень прохладное, словно все это ее не касалось.

– Хорошо бы хоть на время отдохнуть от вспыльчивых соседей, по крайней мере пока мы перевариваем еду, – сказал ГГ, когда они шагали к машине.

– Как насчет старого товарища по работе из Сандслона? – предложила Эйра.

– Вот бы еще его имя знать!

Список людей, которые могли хорошо знать Свена Хагстрёма, оказался совсем коротким. И на редкость неопределенным. Но поскольку ничего другого у них не было, приходилось иметь дело с тем, что есть.

Эйра разыскала в своем смартфоне запись разговора с Кьеллем Стринневиком и промотала ближе к концу, к тому месту, где она пыталась заставить его вспомнить что-нибудь еще – хоть кого-нибудь, кто знал Свена Хагстрёма. В общем, что угодно, пусть даже это было очень давно.

«…несколько лет назад его навещал один старый товарищ по работе с сортировки бревен, но Хагстрём ему не открыл. Тогда старик постучался ко мне, спросил, может, чего случилось. Вдруг Свен заболел. Ведь машина же на месте. Они хотели позвать его отметить чей-то юбилей, но Свен не ответил на приглашение.

Как же его звали-то, а? Он сказал, что живет в Сандслоне. Вот видите, такие вещи помню, а вот имя… Имен так много…

Вспомнил!

Рулле!»

Эйра задом выехала с парковки.

– Рулле из Сандслона, – проговорила она. – Да это ничем не хуже нормального адреса!

ГГ рассмеялся.

– Я уже говорил, что просто обожаю сельскую глубинку?

Сандслон был сонной идиллией, протянувшейся вдоль берега реки. Узкая пойма и небольшой мостик отделяли деревушку от острова, где находилась сортировочная установка.