Мы - сводные

Их много…

— Вер… ну пусть там… аквариум разбился, например. Тем более, практически правда.

— Ты хочешь чтобы я врала?

— А ты хочешь, чтобы меня насильно заставили посещать психолога?

— Да. Я хочу, чтобы с тобой поработал хороший психолог. Я думаю, это может помочь.

— Чему помочь?

— Помочь тебе… принять ситуацию.

— Я не хочу ее принимать. Не хочу! Что тут не понятного? Вот ты хочешь, чтобы тебе ампутировали ногу?

— Нет, конечно.

Капли на столе превращаются в лужицу. Я вижу как расходятся края его кожи, и разрез наполняется густой алой жидкостью.

— А ты сходи к хорошему психологу! Пусть он с тобой поработает. Вдруг у него получится тебя убедить принять ампутацию!

— Это немного разные вещи.

— В чем?

— Моя ""нога"" меня не мучает.

— А моя ""нога"" может быть вылечена! И будет! Как только я получу возможность влиять на её лечение! Поэтому я буду терпеть.

Вера заливает его руки из какого-то баллона. Кровь смешивается с белой пеной. Моя голова кружится.

— Мне кажется вот этот стоит зашить. Давай вызовем врача?

— Ой… — фыркает Сэм.

Переводит на меня взгляд. Заметив, вздрагивает."

"— Что-то интересное?! — оскаливается он агрессивно.

Чувствую, как кухня начинает кружиться вокруг меня, и свет становится ярким, заливая все вокруг.

— Ася… Ася! — тревожный голос Веры звучит гулко.

Замечаю, как Семён срывается с места и… все гаснет.

И тут же прихожу в себя, оказываясь — о боги — на полу в руках у Решетова!

— Асенька… — шлепает меня по щекам Вера.

Зажмуриваюсь. Пусть это будет сон!

Но когда открываю глаза, Решетов никуда не исчезает. Его голубые глаза испуганно ловят мой взгляд.

— Ася, ты боишься крови? — хмурится Вера.

Киваю. Может и не крови самой по себе, а крови смешанной с агрессией.

— А зачем ты смотрела?

— Я не знаю… — шепчу я. — Я испугалась…

— Устинова, ну что ты такая ущербная, а? — вздыхает Сэм. — Это же просто царапины.

— Ты испачкал ей пижаму, Семён. Отпусти… Дай, говорю! Сядь за стол!

Они помогают мне подняться на ноги.

Отвернув от стола один из стульев, Вера усаживает меня. Вкладывает в руки стакан воды.

Слышу как рвутся бинты и шипит иногда Семён.

— Я пойду… — встаю я со стула.

За дверью меня снова немножко кружит, и я ложусь спиной на стену. Нечаянно подслушиваю их разговор.

— Я тобой горжусь, Сёма, — в голосе Веры слышно улыбку.

— Чего это? — подозрительно.

— Несмотря на вздорный характер и инфантильные выходки, рефлексы у тебя как у настоящего мужчины.

— Вера… — раздраженно. — Это спонтанно вышло.

— Я об этом же.

— Я из-за нее коленку о плитку разбил вообще, когда ловил.

— Это не из-за нее, а из-за того, что ты всё-таки мужчина. И её голова, благодаря тебе, об эту плитку не разбилась.

— Ей бы не помешало немного треснуться об что-нибудь головой!

— Это ты из вредности.