Мы снова дома

Он пошевелил пальцами, и стена напротив превратилась в огромный голографический экран, на котором появились разные мясные продукты. Изображение и название, без цены. После того, как сельский житель ткнул пальцем в пару каких-то то ли окороков, то ли еще чего-то, экран сменил цвет, воздух над стоящим отдельно возле окна столом затуманился, и на нем появились заказанные продукты.

— Мы поначалу от жадности столько заказывали, что больше половины выкидывали, потом привыкли, берем, сколько съесть сможем, — пояснил Иван. — В магазин только за спиртным и табаком ездить приходится, их по доставке не закажешь. И они уже за деньги. Но дешево. Правда, работать чуток приходится, я вон дворником улицы два дня в неделю мету, полста рублей в месяц платят. На выпивку и сигареты с головой хватает. Все остальное бесплатно. Эх, жаль…

— Чего? — пристально посмотрел на него Мыкола.

— Что не берут нас туда! — младший брат показал пальцем на потолок. — Я бы на Владию завербовался али на Мириаду. Но нам, западным украинцам, имперцы не верят, я в молодости сдуру пару раз на демонстрацию ходил в поддержку АТО, вот и влетел теперь в серый список.

— Совсем сдурел⁈ Забыл про нашу великую цель? Слава Украине!

— Заткнись! — в один голос рявкнули местные, принявшись нервно оглядываться. — За это убивают! Позавчера Остап Мережко нажрался и крикнул это на площади… Жуть…

— В смысле? — не понял Мыкола.

— Чего непонятного? — скривился Иван. — Именем империи! И обугленный труп. На месте казнили, понял⁈ То, что ты сказал, по постановлению имперского совета, нацистский лозунг. А за нацизм в империи смертная казнь на месте, без суда и следствия! Думал я, что давно всех дурней перебили, ан нет — Остап тому пример, идиот недоделанный. Так что нас щас всех могли положить из-за тебя! Понял теперь⁈

— Понял… — поежился приехавший из-за границы. — Неужто так все?..

— И еще хуже, — вздохнул Васыль. — Но мы привыкли, да и живется щас ого-го как хорошо. Можно вообще ничего не делать, жри да спи, но скучно. И водки с сигаретами не будет, так что приходится по мелочи подрабатывать. На серьезную работу, прав Ваня, нас не берут, завербоваться не получается. Хорошо хоть телепортами разрешили пользоваться год назад. Но по разрешению канцелярии, иначе никак. Задурили головы нам родители, а потом вы это вашей Украиной, полезли мы в политику дурную, хай ей грець. И теперь будем тут и дальше сидеть, что те сычи. Зато дети наши то и дело то на Пандору, то на Владию, то на Пелагею, то на Леониду шастают. Мои старшие уже и договорились, что биологами станут, на пандорскую станцию хотят завербоваться, как школу закончат.

— А про Украину вы им рассказывали? — хмуро спросил Тарас.

— Рассказывали.