Мы тебе (не) семья

Смотрю на сделанную пышную грудь соперницы, внезапно одолевает вопрос, как же она собирается кормить ребенка?

– Убирайся завтра же с девочками! – нервно выпаливает она. Ёжится под моим сверлящим взглядом.

Но я стою, не шевелюсь. В конце концов, пока не развелись, эта кухня и моя!

Заходит няня, отчитаться, что уложила малышек. Её лицо жесткое, неприступное. Заметно, что ей страшно не нравится вся эта мерзкая до отвращения ситуация.

Молюсь, лишь бы Виктория ничего не ляпнула, уж слишком не приемлет несправедливость. Особенно, к своим воспитанникам.

– Как вы можете так поступать с малышками? Они безумно вас любят! – гневно обращается к моему мужу.

– А вы уволены! – за Влада отвечает Николь.

– Вы не имеете права! Меня нанимала Алёна, ей решать.

– Согласны работать бесплатно? – издевательские произносит акула в женском обличии. – Пожалуйста. Но у Алёны нет своих денег. Она же ни черта не работала эти годы. Всё детьми прикрывалась! Нагулянными!

– Неправда, – вспыхиваю праведным гневом. – Я не работала потому, что Лялин просил сидеть и воспитывать девочек, вести дом, за ним ухаживать!

– Поступим так, – голос подает супруг, – Виктория вы уволены. Никто не смеет повышать голос на мою будущую жену. – Переглядываемся с няней. Вот это поворот! Мы здесь никто, а шалава – жена! – Расчет получите на карту. – А ты… – бросает на меня грозный взгляд, – можешь пожить в левой пристройке к дому. До суда. Ты ведь просто так не дашь мне развод через ЗАГС? Устроишь сложности?

Киваю. Да, милый. Я сильно усложню тебе жизнь.

Конечно, я бы могла гордо поднять голову и уйти. Но как мать вынуждена думать о дочерях, их светлом будущем.

Гадливое чувство в груди нарастает. Неприязнь к подруге набирает обороты

– Уходи! Тебе здесь не рады! – издевается Николь.

Разворачиваюсь, гордо иду на выход из кухни.

Не таким я себе представляла четвертый день рождения моих Крошек. Не таким!!! Но Небеса решили за нас.

Конечно же я не тороплюсь в пристройку к дому! Прямиком направляюсь в спальню дочерей. Не забываю прихватить матрас, подушку и одеяло из гостевой комнаты.

Дочки мирно посапывают в одной большой кроватке, сделанной на заказ.

Ева спит на правом бочке, сосет пальчик. Ада повернулась к ней лицом, сложила на неё ножку, ручку – приобняла. Посапывает мирно, чувствуя, что самый-самый дорогой для неё человечек с ней рядом.

– Детка, – провожу подушечками пальцев по гладкой пухлой щечке, – прости за папу. Наверное, моя вина, что выбрала не того!

Реснички крохотульки подрагивают.

Я касаюсь пальчиков Евы и ложусь спать рядом, на полу.

Едва моя голова касается мягкой подушки, как я вспоминаю жестокие, режущие слова: «ДНК тест отрицательный. Я не отец твоих девочек!»

Что если Влад не лжет?

Боже! Ужас охватывает меня.