Мы сделаем это вдвоём

- Мехами заплатят, - жестко сказал Астафьев.

- И ещё того, предписание бы увидеть. С кого и сколько, - я тоже умею жёстко.

Это Женя на переговорах обычно собеседника забалтывал, а я – давила. Только дома-то я кое-что знала о налогах и о том, как их уменьшить. И где какой вычет получить. И какую льготу. И что там ещё можно. О здешних законах я, к сожалению, не знаю ничего. И более того, отлично представляю себе, что всё то, о чём говорю – это изобретение будущего. А сейчас живёшь на чьей-то земле – значит, сам виноват. Не живи – и не будет тебе проблем. Никаких податей и что там есть ещё.

- И что вам сделали эти люди, раз вы так о них заботитесь? – поинтересовался чиновник.

- Приютили на первое время, помогли обустроиться и обжиться. И до сих пор не забывают, - честно ответила я. – А я тоже добро помню.

Отец Вольдемар посмотрел на меня в этом месте как-то странно, ну да я потом его ещё расспрошу.

Что ли хватит давить? Пусть рассказывает дальше сам? А я если придумаю ещё какие-то неудобные вопросы, то за мной не заржавеет их проговорить.

О, вспомнила.

- А ещё у нас тут конец света ожидается, - сообщила со всей возможной сейчас серьёзностью. – Если надумаете задержаться – сможете побывать свидетелем, а то и участником.

- Какой такой конец света? – не поверил Астафьев.

- Самый настоящий. Какой в байках бывает, не поверю, что не читали и не слушали. И мы воодушевились и ждём.

Он не проникся, ну и ладно. А я вцепилась руками в край лавки – просто чтобы ещё не наговорить чего-нибудь не того, а я ж могу. Поверх моей ладони тут же легла ладонь Анри – как в памятную праздничную ночь. Сиди, мол, всё хорошо. Не дадим в обиду наших соседей.

- Что-то наш Кириллыч запаздывает, такую речь пропустил, - сощурился Афанасий.

- Ничего, доберётся, - степенно кивнул отец Вольдемар. – А Женевьева Ивановна-то права, ты, гостюшка, списочек-то покажи. Кого ты ищешь, и что тебе от них нужно.

И смотрел тоже недобро и неласково, чем, кажется, изрядно злил господина чиновника.

- Меня предупреждали, что здесь неладно, - сказал Астафьев. – И люди пропадают, и правды не сыскать. Но то, что я тут вижу, вовсе ни в какие рамки не уместить.

- А ты и не умещай, - прозвучало за его спиной.

Что, неужели Алексей Кириллыч добрался?

И точно. Кириллыч пришёл, как привык в последнее время – Северин привёл их обоих вместе с Венедиктом. Шагнули в мою залу на глазах изумлённой публики, Северин поклонился и было уже отступил за спину Анри, а двое дедов оглядывали пришельца.

Пришелец же подскочил, будто его ужалил кто в задницу, уставился на обоих… а потом взмахнул рукой, щёлкнул пальцами, но… ничего не произошло. Потому что Северин успел раньше, и выпад пропал без толку. Астафьев грозно взглянул… и ничего не увидел, только бесстрастное лицо парня и одобрительный кивок Анри.