Мы раскрываем убийства

Мать умерла; отец куда-то пропал. Я никогда не спрашивал, куда он делся, и никто мне не рассказывал. Но благодаря этим двум женщинам я стал тем, кем являюсь.

— Лю и Бе, — повторяет Стив.

— Лю и Бе. Они научили меня не бояться тяжелого труда, копить заработанное, заботиться о друзьях и родных, а главное — никогда не светиться. Никто не любит выскочек, говорили они. И я вел тихую жизнь. Кроме этой виллы, у меня ничего нет. Маленький бассейн, полчаса до поля для гольфа, пара свободных комнат для детей и внуков, когда те приезжают в гости. Никто никогда не постучит мне в дверь и не спросит, откуда у меня деньги на такое жилье. Бывает, полицейские пытаются под меня рыть. Я вожусь с разными людьми, и это неизбежно. Но кто вызовет больше подозрений — парень на «Ламборгини» или парень на «Вольво»? То-то же.

— Но почему ты этим занимаешься? — спрашивает Стив.

— А долго ли мне осталось на этой планете? Лет двадцать, не больше. Когда я умру, мои сын и дочь очень удивятся. Они, конечно, рассчитывают на небольшое наследство. Вилла стоит пару миллионов, но два миллиарда шестьсот миллионов станут для них небольшим сюрпризом.

— Два миллиарда? — с улыбкой спрашивает Стив. — Чего только не сделаешь для семьи.

— Ради семьи я готов на все, — говорит Мики.

— Я тоже, — отвечает Стив. — Именно поэтому в этот раз тебе не повезло. Не на того напал.

— Мне придется присматривать за тобой и Эми. Но если ты оставишь меня в покое, я вас не трону.

— Увы, это невозможно, — отвечает Стив. — Ты убиваешь невинных людей. И пытался убить мою сноху.

— Мики, моя семья для меня так же важна, как твоя для тебя. Я оставлю тебя в покое, когда ты сядешь в тюрьму. Скорее всего, в Аль-Авир, где сидела Кортни Льюис, которую ты тоже убил.

— Как скажешь, дружище. Но я не уверен, что татуировок с именами бабушек хватит, чтобы обвинить меня в убийствах.

— Меня никто не снимал, — возражает Мики. — Меня даже никто не фотографирует. Я просто старик, кому я нужен? Никто за мной не следит.

— Но откуда-то я знаю, что ты вышел из дома в два часа пять минут с длинной полотняной сумкой и вернулся домой быстрым шагом в два тридцать одну, через минуту после убийства Роба Кенны. Ты не застегнул сумку, и на записи ясно видно, что там оружие.

— Это невозможно, — отмахивается Мики. — Я бы заметил, если бы ты снимал меня на видео. Ты не мог так хорошо спрятаться.

— Никто не прятался, Мики. Просто одна моя знакомая по имени Эбби сегодня пошаманила с записями с камер наблюдения.

— Вечно ты говоришь загадками, Стив, — отвечает Мики. — Но загадки — не доказательства.

— Что ж, — говорит Стив, — мой последний вопрос все прояснит.

— Валяй. Что за последний вопрос?

Стив допивает пиво и аккуратно ставит кружку на стол.