Мы (ЛП)

Если хотите, я позвоню тренеру и скажу ему сам, но это не обсуждается. У меня чрезвычайные семейные обстоятельства.

– В твоем контракте написано…

– Мне все равно, что там написано. Я никуда не лечу. – Не давая ему возможности возразить, я добавляю: – Мне надо идти, а то медсестры ругаются. – Не ругаются, но Фрэнк об этом не знает. – Как только станут известны результаты анализов Джейми, я сразу перезвоню.

Дрожащими пальцами я отключаюсь. Я был не готов ко всему этому. Совсем не готов. И хотя мне отчаянно хочется к Джейми, я заставляю себя просмотреть сообщения – просто на случай, если со мной пытался связаться кто-то из Каннингов.

Чтобы не отвечать каждому по отдельности, я отправляю групповое сообщение всему клану Каннингов сразу.

Остальные непрочитанные сообщения я проматываю. Большинство написал Блейк. Еще одно прислал Эриксон, но я не нажимаю на него – слишком боюсь. Я пока не готов столкнуться лицом к лицу с реакцией своих одноклубников. Я мотаю дальше и, увидев имя отца, застываю. Это сообщение я решаю открыть.

Мое сердце болезненно дергается. Действительно, идиот, раз позволяю его словам задевать себя, но блядь… как же обидно.

Я хочу было выключить телефон, но тут мое внимание привлекает иконка твиттера. 4622 новых уведомления. Иисусе.

Хоть я и понимаю, что любопытству лучше не уступать, но все-таки не выдерживаю и решаю узнать, что думает о развитии событий твиттеросфера. Ха. Хэштег #РайанВесли в трендах на твиттере. И у меня десять тысяч новых подписчиков. Открыв ленту, я обнаруживаю, что большинство твитов – на удивление позитивные.

И так далее и тому подобное. Охи, ахи, виртуальные объятья и «держи пять», слова о том, что я стал источником вдохновения для ЛГБТ-сообщества. Разбавленные твитами отрицания, неверия и отвращения.

Плюс две фанатки устроили расследование твитов на пятьдесят, в котором тщательно изучили «доказательства» моей сексуальной ориентации. Они даже вырезали и увеличили части снимка, чтобы проиллюстрировать свою точку зрения.

У меня близко посаженные глаза?

Вздохнув, я закрываю приложение и выключаю телефон. Сестра Смерть не просила его возвращать, так что я засовываю мобильный в карман, а потом возвращаюсь к Джейми в палату. Меня встречает его подозрительный взгляд.

– Зачем она тебя вывела?

– Дала телефон, чтобы я мог ответить твоим.

– Сильно они испугались?

– Нет. Как и я, они знают, что нет причин волноваться. – Я снова усаживаюсь на стул и беру его за руку. – Бэби, все будет хорошо. Результаты анализов окажутся отрицательными. Вот увидишь.

Он кивает, однако выражение его лица остается встревоженным.

– Ты уверен, что все хорошо?

Я наклоняюсь и прижимаюсь губами к его удручающе горячей щеке.

– Все прекрасно, – лгу я.

Температура похожа на приход от наркотиков.