Мы (ЛП)

Однако сегодня девушке-журналисту удается припереть меня к стенке. Бекки какая-то-там – она у нас частый гость.

Поверь, от настоящего меня они вряд ли будут в восторге.

– Ну что, ты согласен? – напирает она.

Как будто я могу отказаться. Общение с прессой прописано в наших контрактах отдельной строкой.

– Давайте, – говорю я.

Она делает знак оператору. В следующую секунду перед моим лицом оказывается микрофон, и меня представляют зрителям как «сенсационного новичка Райана Весли».

– Итак, поехали! – В ее голосе столько воодушевления, словно ничего веселее придумать нельзя. – Чай или кофе?

– Кофе. – Надеюсь, все вопросы будут такими простыми.

– Рок или танцевальная музыка?

– Здорово! – сияет она. – Пляж или горы?

Как будто я помню. Каникулы придуманы для других.

– Пляж, – отвечаю, потому что Джейми нравится океан, и я хотел бы сходить с ним на пляж. Да, я хочу много недостижимых вещей.

– Хм… никто? У меня никогда не было домашних животных.

– Карие глаза и светлые волосы, – отвечаю я быстро, радуясь, что наконец-то избавился от нее.

Она важно кивает, словно услышала нечто невероятное.

– Интересное сочетание. Таких женщин немного.

– Что ж, Бекки, вероятно, поэтому я до сих пор холостяк.

Она хихикает, и интервью наконец-то заканчивается.

Но когда она отворачивается, я замечаю, что на меня, приподняв бровь, смотрит Блейк. И я поступаю, как любой другой тайный гей – прокручиваю в голове все ответы, проверяя, не выдал ли на себя компромат. А потом даю себе мысленного пинка за то, что сказал на весь мир, что люблю кареглазых блондинов.

Хотя вряд ли Блейк смог провести параллель. Он, наверное, стоит там и думает, где у него больше шансов столкнуться с семнадцатифутовым велоцираптором – на пляже или в горах.

Наконец я ухожу в душ. Когда вся команда садится в автобус, чтобы выехать в аэропорт, наш менеджер выходит вперед и делает объявление.

– Парни, выдвигаемся в «Мариотт». Наш рейс отменен.

Я издаю стон, а Блейк одновременно со мной – радостный рев.

– Вечеринка у меня в номере! – Дотянувшись через проход, он шлепает меня по плечу. – Все равно ночные рейсы отстой. Закажем выпивку и еду. Будет круто.

Для меня, впрочем, ничего крутого здесь нет. Мне надо к Джейми. Наша размолвка невыносима, и нужно как можно скорее положить ей конец. Я думал, что замена кресла смерти на новое станет идеальным поводом к примирению, но дождался только сказанного сквозь зубы «спасибо». Тогда я смешно пошутил на тему того, что теперь в нашей квартире нет привидений – поскольку он верил, будто в нем кто-то умер, – однако Джейми едва улыбнулся в ответ.

На расстоянии пяти сотен миль мне тем более ничего не исправить.

Он заказал еду на нас всех. Неудивительно, что ресторан поторопился с доставкой.