Мы из Кронштадта. Встреча.

- А этот, Авантт ваш?

- Сосательный аппарат, скамейка.

- Тьфу! По-человечьи говори, мразота! - шевельнул стволом Витя.

- Это он! Мы - бродяги!

- Рожей на асфальт. Руки за спину, бродяга сраный - решил Виктор.

Жалобно постанывая Калган улегся. И не сопротивлялся, пока сюрвайвер стягивал ему руки в локтях. Завопил только когда его мощным броском Виктор в задний отсек УАЗа закинул.

- Я могу выкинуть обратно! - и Витя, секунду подождав, хлопнул задней дверцей. Отчего скомканный гопник опять взвыл, но куда сдавленнее и тише.

- Сейчас все брошу и кинусь. Что за шушера твои братаны - которые живы еще?

- Да. И давай колись быстрее. Бродяга, надо ж...

- Волчары тряпошные. Хоть мы и семья, но так скажу. А они только жрать и батонить горазды. Дрыхать в смысле.

Виктор глубоко вздохнул. Потом спросил: 'С оружием умеют работать?'

- Да неа. Откуда? Слышь, перевяжи. А? Дотеку ведь! - попросил уже с настойчивостью в голосе раненый.

- Нечего пищать. Здесь вставать нельзя - всякие дохляки быстрые тут в лесу рыщут. А ты еще кровищей воняешь на километр.

Калган притих. Тихонько постанывал.

- Что, думали повеселиться? - спросил Виктор.

- Да. Разморозить зону, у тебя тут беспредел был, как слышали. А потом - гуляй, рванина! Дизели как на днюхе! Лафа!

- А вы хоть кого-то пиканули вообще? Жмуры за вами есть? Цену себе не набивай, пойму - Витя задал важный вопрос, но небрежным тоном. Раненый купился.

- Не, мы только несколько раз пятый угол устраивали и темную. А так Балдох двух подрезал. Он так говорил, я не видел - вперемешку со стонами выдал гопник.

- Говори, планы какие были у вас?

- Так ну, это... Перевяжи, а?

- Говори, я сказал! - рявкнул Витя.

- Ну... тебя мочкануть, жить в твоей хазе. А остальные будут пахать как скажем...

- Ясно. Все, завали хайло.

- Ты заткнись, я сказал.

Вылез из УАЗа. Опять та же песня - штурм чертовой деревни в одиночку. Повторно дубль. Была мысль за помощью обратиться к Максу, благо в машине рация лежит. Но передумал. И так хватает проблем. И еще больше выглядеть несамостоятельным совсем не хотелось. Бакланы эти оружием пользоваться не умеют. Потому вряд ли просекут, что те патроны, что у них есть - холостые. Балрог этот покойный не просек. И раненый гопник - тоже, хотя любой нормальный человек по весу бы понял, что патрон с пыжом только.

Но до чего пустым патроном больно досталось - даже по ватнику. Синяк не синяк - но больно было всерьез, как хлобыстнуло пыжами. Особенно в затылок. А если в лицо угодят, уроды? В глаз, к примеру. Вроде и запыжил-то не сильно, врыхлую. И пороха сыпал мало. А чувствительно вышло.

И теперь точно придется рисковать. Да, бакланы тупые и неумехи с апломбом. Но там три ружья. И да, их самих трое. А он - опять один. Усмехнулся грустно, опять он с пулеметом и ружьем, увешан аки Рембо.