Мы из Кронштадта. Встреча.

Веселый шум был издалека слышен. Победу празднуют. Мелания Пахомовна проверила другие жилые избы, с опаской входя в сени, но в остальных было пусто. Даже двери не заперты.

На месте сидела только Гайка и, естественно Калган. Двустволку у девки тоже отобрали, на праздник не позвали, поиздевались только всяко, да Калгану пару раз пнули по сетке кровати. И шлюшка, и бандит были перепуганы до полусмерти, так как не знали, что из сказанного им сегодня было шуткой, а что будут претворять в жизнь победители. Спрашивали бабку, где Виктор, и в 2 голоса убеждали бежать немедля, если можно. Точнее говоря - пока можно.

На этом, собственно, можно было бы разведку и закончить. Но привыкшая все делать до конца старуха, решила все же узнать какое настроение у тех баб, с которыми она прожила в деревне последнее время. Виктор знал про женское упрямство достаточно хорошо, поэтому не стал спорить, только попросил Меланию Пахомовну не заходить в дома, так как оттуда ее без большой стрельбы выцарапать будет невозможно. А начнут затаскивать он тогда их пришьет. И заодно попросил отдать револьверчик, чтобы соблазна не было.

После первого же дома старуха наглядно убедилась, что была не права. Своими глазами увидела, что бабенки веселее веселого, видела и Валерию, и дома управительницу. И очень сильно удивилась тому, что чертова Валерка вышла с ружьем в руках. Ну да, эгалите, фратернитэ, либертэ и прочий брудершафт! Виктора особенно выбесило то, чтобы бабенки выглядели счастливыми. Даже лучились, стервы. Авантт этот паскудный тут же вертелся, попутно успел бабке дать подзатыльник, обшарить карманы с большой ловкостью, а потом повернул ее спиной и под общий смех дал пинка. Старухе тоже наобещали много всякого красивого на следующее утро. Вернулась Мелания Пахомовна кипящей, словно чайник.

- Получается, что шлюха и бандит наши единственные друзья. А я уже начал раздумывать как наших бабенок вытащить из-под молотков. Не судьба. Ну, пойдем!

- Это куда? - несколько ошалело спросила старуха.

- Конечно пойдем к машине – задумчиво ответил Виктор. Он уже успел прикинуть что стоит сделать. Стараясь не рычать мотором, тихонько добрался до свинарника, свинки обрадовались затопотали по дощатому полу, захрюкали. Барон не без огорчения заметил, что больше всего ему жалко этих животин. Потому, когда открыл старый не работающий холодильник, откуда кроме лежащей сверху ноги покойного Джаги взял еще несколько кусков от бандитов и покидал хрюшкам в стойла. Они радостно зачавкали, а он подтащил ногу к уазику и замотав ее в полиэтилен, аккуратно уложил в багажник.

Мелания Пахомовна ничего не спросила, только кивнула понятливо. Но чуть позже сильно удивилась, когда он поехал по деревне.