Мы играем в пистолеты

А когда я свой вопрос задала, поднял на меня глаза.

— Это выгодный бизнес.

— Правда? Никогда бы не подумала.

— Но ведь столько проблем. Пожарники, санэпидемстанция, весь этот персонал, который готовить надо, учить, муштровать.

— Любой бизнес начинается с этого.

— Это конечно. Просто ресторанный мне всегда казался сложным. Если это не забегаловка какая-нибудь. Нужно держать определённую планку, привлекать посетителей. В конце концов, надо людей вкусно кормить, а не просто тарелки украшать.

Кирилл улыбнулся, разглядывая горку салата на моей тарелке.

— Комплимент шеф-повару.

— И всё-таки почему?

Он ловко резал кусок мяса на маленькие кусочки, на меня больше не смотрел.

— У меня мама работала поваром в заводской столовой. Я когда маленький был, часто к ней приходил, меня усаживали за стол, кормили, компот в гранённый стакан наливали и давали горячую булку. Помнишь, были такие, калачи назывались?

Я не ответила. Есть перестала и теперь только его слушала.

— И вот ел я этот калач, компотом запивал и наблюдал, как мама и её товарки столы трут противными на вид тряпками, подносы в стопки складывают, а потом они щи варили в таких огромных кастрюлях. Меня это всегда удивляло.

— Не знаю. И другого я не видел никогда, мал ещё был, а хотелось чего-то позначительнее.

— Бронзы и картин в шикарных рамах? — подсказала я.

Филин не стушевался ни на грамм.

— Да. А ещё накрахмаленных скатертей и фарфоровых тарелок.

— А в вашем ресторане фарфоровые тарелки?

— Понятно. А сколько вам тогда было лет?

— Ух ты. Шикарные мечты для шестилетнего мальчика.

— Да брось. Я тогда мечтал о велосипеде и мороженом. Понимание того, какую именно детскую мечту я хочу реализовать, пришло гораздо позже.

— А мама? Рада, наверное.

— Говорит, что рада. Но приезжать в мой ресторан не любит. Говорит, что я буржуй.

Кирилл улыбнулся, а я почему-то о его маме думала. Никак не могла её себе представить.

— А мой муж говорит, что вы ловкач.

— Ловкач? — Кирилл призадумался. — Нехорошее какое-то слово.

— Об этом вам нужно было задуматься раньше.

— А может такое быть, что твой муж мне просто завидует? — Филин задорно улыбнулся.

— Почему? У него-то, кроме его работы неблагодарной, ничего достойного внимания нет.

Я удивлённо вскинула брови.

Кирилл громко рассмеялся.

— Прошу прощения. От усталости плохо соображаю.

Я улыбнулась немного смущённо.

— Прощаю. А чем ещё вы занимаетесь? — Я спросила просто из любопытства, но на одно короткое мгновение мне показалось, что Филин насторожился. Даже жевать стал медленнее, видимо, раздумывал над ответом.

— А чем ещё я должен заниматься, по-твоему?

— Неужели "Три пескаря" на самом деле приносит хороший доход?

— А почему нет? Сама же говорила, что бандитский притон.