Мы будем вместе, я знаю!

Черные волосы красиво подстрижены, но все такие же непослушные, как раньше. Вот и настырную прядь он сдул так знакомо… Прямой, немного суровый нос, широковатые скулы, волевой подбородок… А эти губы! Ведь когда-то они целовали мои, пусть и всего пару раз.

Никак не получалось унять сердцебиение, пока смотрела на Даниила. Немного легче стало, когда он снова скрылся в подсобке, или что у них там, за дверью. Вот тогда я рискнула снова приблизиться к витрине и девушке в воздушном фартуке, которую, как я теперь знала, зовут Алла.

— Пирожное очень вкусное, — начала я издалека. — Рецепт, наверное, держите в секрете?

— Ну конечно! — улыбнулась мне Алла. — У кондитеров свои правила, — доверительно добавила.

— Угу, — кивнула я, — понимаю… А не подскажете, с кем вы сейчас разговаривали? — решилась перейти к делу.

— Я?.. А, так это хозяин нашей кондитерской — Даниил Зареченский. Кстати, именно он и готовит пирожные «Лава на снегу».

— Зареченский? — не смогла я сдержать удивления.

Теперь я не сомневалась, что повстречалась с человеком из забытого прошлого. Только фамилия раньше у него была Луговой.

— Да. А вы знакомы?

— Что?.. — непонимающе посмотрела я на продавщицу. — А, нет, не знакомы, — тут же тряхнула головой, приходя в себя. — Наверное, я обозналась. Всего хорошего, — поспешила я на выход.

Глава 2

В скверик я даже не бежала, а летела. Не заметила, как очутилась на лавке под плакучей ивой, спрятавшись от посторонних глаз в тени ее ветвей. В этом месте и вода из пруда подходила так близко, что утки, если бы не были такими пугливыми, смогли бы подплыть к моим ногам. Но мне сейчас точно было не до уток.

Данька, ты ли это?.. Вопрос буравил мой мозг, хоть сама я и уже не сомневалась в ответе. Конечно, это был он, его бы я ни с кем не спутала и через сто лет. Но как??? Что он тут делает?

Усидеть на месте было сложно — ноги сами несли меня обратно в кондитерскую. Но разум заставлял их оставаться неподвижными. Да, это Даниил, хоть и фамилия у него теперь другая. Но прошло столько времени, утекло столько воды… Что я ему скажу? Теперь мы чужие друг другу люди, и так решил он!

Воспоминания настырно лезли в голову. А ведь я уже года два, как избавилась от них окончательно. Думала, что излечилась, а оказалось, что достаточно одного взгляда, чтобы все вернулось.

Это был шестой класс, середина сентября, когда директор посреди урока привел нового ученика — долговязого и вихрастого. Помню, тогда еще он показался мне ужасно смешным и нелепым, и я хихикнула на весь класс, чем заслужила строгий взгляд классной руководительницы.

Все уроки новенький просидел тише мыши, ни на кого не обращая внимания. Под конец учебного дня он мне уже казался ужасно скучным и ботаником.