Музыкальный приворот

А Нинка, не подозревающая о том, какой в моем доме сейчас находится гость, была в своем репертуаре — появилась в тот момент, когда ее вспомнили, словно она отождествляла собой одну очень и очень известную поговорку.

Этим солнечным и теплым утром подруга пришла так внезапно, что напугала меня едва ли не до икоты.

Сначала был просто едва слышный стук в дверь, настойчивый и короткий. Затем удары стали громче и громче.

Потом папина просьба открыть дверь, но «обязательно посмотреть в глазок, а то вдруг это вчерашняя сумасшедшая?».

А следом и сам глазок. Едва глянув в него, я увидела подругу, смотрящую куда-то в сторону. Она ждала, когда ей откроют дверь. Журавль, вероятно, сначала долго звонила, а потом, поняв, что звонок не работает, принялась стучать.

Нинка не простит мне такого вероломного предательства — того, что я приютила Антона, отшитого ею как непригодного для свиданий и прочих отношений. Вот же, блин, делай людям добро! Права пословица о том, что все благие помыслы ведут в ад, как же она верна.

С самой своей большой скоростью я бросилась обратно на кухню. Папа как раз с важным видом засовывал в рот очередной блин, только что побывавший в сметане.

— Помоги мне! — прокричала я.

От неожиданности Томас едва не подавился.

— Ты… ты чего? Что там такое? Ты почему дверь не открыла, Катрина?

— Ты! — ткнула я пальцем в удивленного Антона. — Иди сюда!

Предусмотрительно схватив его за рукав, а не за руку (вдруг мне понравится держать его за запястье?), я едва ли не вытащила его из кухни и приволокла к дверям папиной комнаты.

— Антон, умоляю, иди туда и сиди там, пока она не уйдет!

— Ты что? Кто не уйдет? — произнес он озадаченно."

"— Нинка! Она пришла! Если она сейчас тебя тут увидит, мы с ней крупно поссоримся. Пожалуйста, ну посиди в той комнате, я очень прошу! Я все, что тебе угодно, сделаю.

Он пожал плечами, обтянутыми все той же белой водолазкой, и покорно шагнул в папину спальню и зал по совместительству. А Нинка продолжала стучаться.

— Кто там к нам ломится, точнее, в гости хочет? — вышел в коридор Томас. Следом за ним выскочила Нелька, измазанная в сметане. Кажется, они оба подумали, что вернулась вчерашняя Лешина пассия, и морально готовились к длительной осаде.

— Пап, Нелли, — жалобно произнесла я, — там Нина.

— Ниночка! Пригласи ее с нами позавтракать, — обрадовался папа. Конечно же, он ничего не понимал.

— Иди уже, открывай. А то она подумает, что никого нет дома, и уйдет, — добавила Нелли и сама хотела, было, броситься к двери, но я ее перехватила.

— Стойте! Не говорите Нинке, что у нас Антон! — взмолилась я, оглядываясь на дверь. Нинка упрямая — знает, что все дома, и поэтому долбиться не перестанет.

— Это еще почему? — удивился папа.

— Да, почему? Ты что, у нее Антона увела? — раскрыла рот Нелли.